Потому что это было интересно – а ещё приносило деньги. Смешные копейки, разумеется, но уже что-то. В день моего 18-летия был подписан приказ о моём приёме в штат. Начался этап офисной работы – пять дней в неделю, восемь часов в день. Зарплата, стабильность, кабинет со своим столом. Я работал в своей детской газете, параллельно снимал сюжеты для ТВ, писал в разные издания, делал репортажи, редактировал тексты. Везде платили мало, но вместе получалось уже что-то приличное. Главным было то, что как-то не особенно осознанно даже набирался опыт, появлялись связи, оттачивались коммуникативные навыки. Интернет активно входил в жизнь, открывая новые границы и помогая обзаводиться новыми знаниями и умениями. В 21 год я покинул детскую журналистику и пустился на просторы журналистики развлекательной: для кого-то клубные вечеринки, концерты, светские рауты и модные показы были символами dolce vita, для меня это была возможность выцепить несколько тысяч символов для написания текстов об одном и том же событии в разных форматах для разных изданий. Работать всё ещё приходилось на разные конторы, чтобы в конце месяца, собрав все гонорары и зарплаты, заткнуть дыры в семейном бюджете, оплатить счета. И, если что-то оставалось, купить в секонд-хенде относительно приличную рубашку – дресс-код на мероприятиях никто не отменял, а деньги приносило именно посещение презентаций и премьер. В 24 года меня наняли запускать журнал по международной франшизе, это была безумно интересная, тяжёлая и престижная работа. Там пришлось уже забыть о пятидневной рабочей неделе – за первые четыре месяца у меня было дней шесть выходных. Но деньги уже были поприличнее, и удалось, наконец-то, перестать скакать между редакциями. Там я провёл почти четыре года.
А потом у меня случилось большое депрессивное расстройство, длившееся больше двух лет, с синдромом профессионального выгорания. Бешеный ритм на протяжении многих лет, с восьмого класса школы, огромная ответственность, управление коллективом почти в тридцать человек, другие заботы семейного и личного характера постепенно расшатали и подточили меня. Долгое время я не понимал, что происходит, пытаясь спастись отпусками без содержания, побегами «в отпуск» в другие страны, сокращением всех энергозатратных активностей, включая общение с близкими и родными, но в итоге в какой-то момент пришлось признать свою новую реальность, пропить по наказу психиатра курс антидепрессантов и пойти в психотерапию. И одним из самых важных решений, принятых по итогу терапии, было именно это – уйти из офисной работы и вообще выпасть из этого беличьего колеса.
