И хотя эта проблема волнует всех вокруг, я думаю, женщины подвержены этим мыслям гораздо больше. Если бы мне давали тысячу тенге каждый раз, когда кто-то из моих подруг пишет шутливый пост о том, как она стареет, я была бы хоть и тенговым, но миллионером. И такое поведение можно было бы считать нормой, если бы нам было хотя бы за пятьдесят. Скажем, если бы у меня начала болеть спина из-за артрита, а не от ПМС, или если бы перепады настроения были последствием менопаузы, а не как побочка противозачаточных. Но нет, мы с подругами проживаем великолепный период жизни, нам ещё нет даже тридцати, а мы называем друг друга старушками.
Вместе со страхом старения приходят вышеупомянутые косметические средства и процедуры. И я была бы лицемеркой, если бы сказала, что использую ретинол или солнцезащитный крем не из-за желания сохранить молодость. И я совру, если скажу, что меня не трогают удивлённые восклицания людей о том, что я выгляжу старше, а не на свой возраст. Это нормально – желать сохранить красоту и молодость. Однако нам стоит осознавать, что на нашем страхе старения наживается многомиллиардная индустрия красоты.
Женщин часто заставляют думать, что они являются продуктом для мужчин. И, как в случае с едой, якобы у нас есть срок годности. Этот срок, конечно, меняется в зависимости от того, где вы живёте. Если в Берлине даже слово «брак» среди моих друзей вызывало волну гримас, то в Алматы многие мои знакомые либо собираются в ближайшем будущем сказать «да», либо уже женаты и имеют детей. Часики продолжают тикать, а вместе с ними и потребность женщин остепениться. Если мужчины, например селебрити, могут всё ещё сохранять свою привлекательность к сорока годам, то, увидев более зрелых актрис, многие начинают говорить про ботокс и про то, что эта звезда уже «не та, что раньше». И это несмотря на то, что мужчины-актёры проводят те же самые омолаживающие процедуры.
