На тот момент мы жили вместе уже где-то полгода, и одно агентство-конкурент пригласило меня на собеседование. Я была рада – на старом месте не нравился коллектив, а тут и зарплата почти в два раза больше. Андрей меня поддержал, я уволилась с работы. Но в процессе оформления документов на новом месте (нужно было подписать договор минимум на два года), милый стал меня отговаривать. Аргументы были весомыми: два года – это очень долго, а мне надо заниматься творчеством и готовиться к выставке (мы тогда вели переговоры с одной из галерей). Если я отвечала, что ещё непонятно – будет выставка или нет, Андрей убеждал, что это не важно, и я – невероятно талантливая, а значит, искусство должно быть в приоритете. А его зарплаты хватит нам на двоих.
Я не хотела оказаться в зависимом положении, но полностью отдаться живописи – давняя мечта. Так я отказалась от нового контракта и осталась без работы.
Месяц-полтора Андрей давал мне возможность заниматься любимым делом – я рисовала целыми днями и была счастлива. Но затем начались претензии, что раз я не зарабатываю, то должна готовить три раза в день, чтобы мы питались разнообразно. И дома должно быть чище. И рубашки неплохо бы самой стирать, а не тратить столько денег на химчистку.
Когда я предлагала куда-нибудь выйти – в кино или кафе, то Андрей говорил, что мы не можем себе этого позволить, потому что он один содержит нас двоих.
Опять же, повторюсь – звучит довольно очевидно и страшно, но это потому, что я рассказываю всё в концентрации. Растянутое на повседневную жизнь и быт – это не бросалось в глаза.
Мы продолжали ходить гулять – в парк или на набережную, иногда встречались с друзьями, бесились, обнимались и любили друг друга.
Ссорились, конечно, тоже. Но конфликты были настолько эмоционально выматывающими, к тому же Андрей часто мог уйти, распсиховавшись, и я потом не знала, где он и когда вернётся. Он исчезает на два-три дня, я места себе не нахожу. Из-за этого, даже если меня что-то задевает, я предпочитаю промолчать, а не ссориться.
Первый раз ударил он меня примерно тогда же. Вернее, даже не ударил. Дело было так – он пришёл домой, мы сели ужинать, но я забыла сходить за хлебом. Он начал сильно ругаться, что хлеба нет, выбежал и через пять минут вернулся с небольшой буханкой. Он был так зол, что кинул этот хлеб в меня, и попал прямо в щёку. Было больно, я заплакала, он понял, что натворил, и стал просить прощения. Наверное, если бы он ударил меня рукой – я отнеслась бы к этому более серьёзно, хотя тоже не уверена уже ни в чём…
Второй раз мы поссорились только через какое-то время, и он избил меня полотенцем, свёрнутым в жгут. Я плакала, Андрей успокоился, и мы опять помирились. Сейчас это случается иногда, но в остальном у нас всё хорошо.
Я никому не рассказываю про то, что происходит в нашей семье, потому что и родители, и подруги сразу начнут настаивать на том, чтобы я от него уходила. А я люблю этого человека.
Да, понимаю, что так не должно быть, и осознаю, что дальше может стать только хуже. Но если подумать: жить с периодическими побоями или жить без него – ответ для меня очевиден.
Мне больно оттого, что мы до этого дошли, но все люди разные – мужчины в целом более агрессивны, и им сложно подавлять такие выплески энергии.
Я не чувствую, что моя свобода как-то ущемляется. Никто даже не заметил, что я одеваюсь более сдержанно, но и это нормально. Мне, например, не нравились какие-то вещи в гардеробе Андрея, и по моей просьбе он тоже перестал их носить. В отношениях мы оба меняемся, и если моему мужчине приятнее, когда посторонние не заглядываются на мои коленки – мне несложно одеваться скромнее.
Да, я бы хотела вернуться на работу и стать независимой, к тому же с выставкой пока ничего не получилось, и в целом – не могу сказать, что после увольнения моя продуктивность как художника возросла. То время, что я тратила на офис, теперь трачу на то, чтобы мы жили в более комфортных и уютных условиях. То есть количество картин, которое я писала за определённый промежуток времени, не изменилось.
При этом я понимаю, что если вернусь в офис – качество нашей жизни ухудшится: я не смогу поддерживать уют в доме, разнообразно и вкусно готовить. Стоят ли лишние походы по кафе и театрам счастья моего любимого человека? Думаю, нет.
Поэтому пока я не ищу работу.
Конечно, мне не нравится, что Андрей иногда меня бьёт, я понимаю, что это ненормально и я не должна такого позволять. Но и наших бабушек били, и прабабушек – это испокон веков так было, и никто не жаловался. Он же меня не так бьёт, что с серьёзными последствиями…
Сейчас слушаю свою историю (я включила Насте воспроизведение с диктофона. – Прим. автора) и будто не про меня – дичь какая-то. Но, наверное, это понять можно, только находясь внутри.
Когда любовь.
А со стороны – да, ужасно звучит».
