Если человек, например, по каким-то причинам не может родить, то это не стыдно. Это факт, с которым надо как-то жить и принимать, а не стыдиться. И также быть приёмным ребёнком не стыдно. Мы не решаем, у кого рождаться. Поэтому мы с Региной не скрываем этого. Стать мамой – радость и гордость, и я хочу, чтобы люди всё это со мной разделяли, а не чтобы сочувствовали.
Мы говорим об этом и с младшей дочкой. О том, что люди разные и история жизни у всех разная. В нашей семье дети появились разными способами, и это нормально. У нас все привыкли, и разницы в отношении ни у кого к детям нет, ни у меня, ни у их папы, ни между друг другом. Они сёстры. С папой девочек мы в разводе уже четыре года, но он продолжает быть отцом обеим. При всех моих обидах на него, я за это его очень уважаю и ценю.
У меня же получилась классическая история из сказки про приёмных детей. Мы привезли Регину домой, ей было пять месяцев, и через три недели я узнала о собственной беременности. У меня приёмное родительство и биологическое слилось в один большой ком. Считается, что биологических детей любить и принять проще, потому что гормональный фон и физиология говорят нам, что эту крошку надо любить и защищать. А приёмный ребёнок может пахнуть по-другому, не быть похожим на родителей, не иметь всех тех биологических защит, которые эволюция нам дала, чтобы родители делали всё, чтобы младенец выжил.
Я не могу сказать, что у меня было именно так. Вместе с рождением младшей дочки меня накрыла не вселенская любовь, а адская послеродовая депрессия. Думала, что материнство в принципе разрушило мою жизнь. Вместо счастья я оказалась в аду.
Выходит, что именно рождение кровного ребёнка меня в такое состояние погрузило. Хотя факторов много: дети-погодки, когда одному ребёнку год, а другой новорождённый – это невероятно сложно. Отсутствие помощи, проблемы со здоровьем – и физическим, и ментальным. Для меня в то время не было разницы, родила я двоих или одну. Мне просто жить не хотелось. Только спустя год, когда приёмной дочке было два года, а младшей один, я чудом попала к врачу, и мне поставили диагноз, прописали лекарства, и я снова захотела жить.
Люди, когда узнают, что я стала приёмной мамой, обычно реагируют с любопытством, восхищением и немного с опаской. Мало ли на что я ещё способна, если могу воспитывать не кровного ребёнка. Часто шучу, что стоит сказать, что у меня приёмный ребёнок, вечеринка тут же становится моей. Я без проблем могу ответить на все интересующие вопросы, но спустя восемь лет мне немного надоело рассказывать одно и то же. Однако я считаю важным продолжать говорить, потому что вот уже для большого количества моих знакомых приёмный ребёнок – это не несчастная сиротка, спасённая мифической всемогущей женщиной, а просто ребёнок, которого растит такая же обычная женщина. Мы просто люди и просто живём. Я – не герой, а моя дочка не несчастная. Наши пути пересеклись таким образом, но в остальном мы самая обычная семья.
Хочу добавить, что может складываться впечатление, что я вся такая святая и не вижу разницы между кровной дочкой и приёмной. Это не так. Я вижу. Кровная очень похожа на меня маленькую. Она умничка и мамина радость. Схватывает на лету всё, у неё отличная память, прекрасная логика. Она послушная, хорошо учится, легко ладит с другими людьми. Мне очень легко её понимать. Очень приятно видеть продолжение себя в маленьком человеке. Приёмная дочка совсем другая. У неё очень яркая, невероятно красивая внешность. Мой любимый вопрос от людей: «Почему у вас старшая красивая, а младшая на маму похожа?» У неё есть проблемы с концентрацией и памятью. Она думает как-то не так, как я привыкла. Она тот ребёнок, на которого все постоянно жалуются. Люблю ли я её от этого меньше? Нет. Но понимать и принимать её сложнее.
В этом я вижу в основном свою зону роста. Принимать других людей такими, какие они есть, – сложно. А дети – тот случай, когда у тебя нет выбора. Очень хочется дать детям какие-то инструменты, чтобы они не повторяли наших ошибок, не делали глупостей, хочется сказать им, какими им надо быть. Но единственное, что на самом деле мы можем в этой сфере, – научиться принимать и видеть в ребёнке человека, а не свои ожидания от него.
