В Алматы прошёл спектакль-пазл, созданный драматургом и режиссёром Ольгой Малышевой. Пьеса, написанная в начале прошлого года, сегодня кажется антивоенной: именно из-за вооружённых противостояний рушатся судьбы главных героинь. Автор Manshuq Екатерина Тихонова посетила спектакль и прочувствовала трагедию женщин, судьбы которых с мистической точностью повторяют друг друга, несмотря на то, что они жили в разные эпохи и на разных концах света.
Екатерина Тихонова
15 сентября 2022
Пьеса «Дилфизо и Донада» – это истории двух женщин, которых разделяют несколько тысяч километров расстояния и несколько сот лет времени, но их судьбы с мистической точностью повторяют друг друга. Ольга Малышева буквально нарезала пьесу на части, чтобы собрать сюжет в новом порядке. И повторит ли спектакль «Дилфизо и Донада» историю, описанную в пьесе, зависит только от выбора зрителя.
Год назад «Трансформа» представила «Дилфизо и Донаду» на территории арт-резиденции ALA. С тех пор многое изменилось – перестала существовать арт-резиденция, а текст пьесы стал звучать совсем по-другому: если в 2021 году это была история о правах женщин в разные эпохи, то в 2022 году «Дилфизо и Донада» звучит уже как антивоенный манифест.
«Если посчитать, то слово «война» в разных формах встречается в тексте пьесы двадцать восемь раз. Это не было текстом о войне изначально, «Дилфизо и Донаду» я написала в начале прошлого года, когда мы жили в другом мире и в другом контексте. Но когда мы с командой начали готовить новые показы спектакля, то поняли: он звучит совершенно по-другому. Именно война становится причиной того, что рушатся жизни главных героинь. И сегодня нам бы хотелось говорить с публикой об этом».
Спектакль вернулся к зрителям в сентябре, но уже в другом месте – культурном пространстве «Дом». Резкое наступление осени в южной столице не стало помехой для культурного сеанса. Около пятидесяти человек, вооружившись зонтами и дождевиками, пришли в последний день показа спектакля в культурное пространство «Дом», чтобы собрать свой пазл. Впрочем, как говорит драматург и режиссёр Ольга Малышева, в другие дни зрителей было ещё больше. Каждый показ в сентябре, а всего их было четыре, насчитывал более 70-80 человек.
Впрочем, места хватило всем. Ведь этот театр не традиционный, а иммерсивный: здесь за зрителем не закреплено конкретное место в зале. Как такового зала тоже нет: спектакль разворачивается одновременно в семи комнатах, и зритель сам выбирает маршрут. Он сможет провести во вселенной спектакля от минимальных сорока пяти минут до максимальных двух часов – как сочтёт нужным.
В четырёх комнатах играли артисты. Как только они заканчивали действие и диалоги, тут же начинали их заново, чтобы зритель, случайно зашедший на середину или конец сцены, ничего не пропустил. И так непрерывно на протяжении двух часов.
В двух комнатах нам предложили послушать аудио через телеграм-бот, а ещё в одной – посмотреть видеопроекцию. Детали нехитрого женского быта создавали атмосферу дома, который женщины умеют создать везде, где окажутся. Как поделилась с нами Ольга, эти детали интерьера никто специально не покупал: актёры принесли их из дома: национальный халат, платок, медный таз, шахматы... И если там эти вещи лежали ненужным декоративно-сувенирным грузом, то в спектакле у них появилось дыхание.
«Часто спрашивают, почему для своих героинь я выбрала такие необычные имена – Донада и Дилфизо. Меня вдохновил персонаж леди Макдуф из пьесы Шекспира «Макбет». О ней всего одна глава и одно действие. Однако её трагедия заслуживает отдельного внимания. По сюжету пьесы муж леди Макдуф уезжает на войну против короля, и все называют его предателем. Леди Макдуф остаётся дома одна с маленьким ребёнком. На вопрос сына, где отец, отвечает, что он предатель. В конце к ней в дом врываются воины и убивают её и её семью, потому что она якобы жена предателя, хотя это не так. Тогда я работала в Internews и часто сталкивалась с темой трудовой миграции. Эта история была схожа с историями современных центральноазиатских женщин, у которых мужья уезжают на заработки и пропадают. Причины могут быть разные: или в новой стране появилась новая семья, или муж совершил преступление и возбудили уголовное дело.
Прошла тысяча лет, а ситуация, в которой оказалась леди Макдуф, не меняется! Я захотела поместить этих женщин в реальное пространство и позволить им поговорить друг с другом. У шекспировской леди Макдуф, несмотря на то, что это реальная история, не сохранилось историческое имя. Но я общалась с исследователями, которые занимаются шотландской историей, и те подсказали мне популярное имя для женщины такого положения в те времена – Донада. Так, кстати, звали и мать Макбета. Так теперь зовут и героиню пьесы. Второе имя я хотела выбрать композиционно законченное и не рифмующееся. В Таджикистане есть реестр имён, которыми разрешено называть своих детей. Там я увидела имя Дилфизо, хотя женщинам в этой стране привычнее имя Дильфуза».
Во время спектакля мы передвигались между точками в произвольном порядке, снова и снова возвращаясь в те места, которые нас потрясли. В первой локации, которую я посетила, одна женщина качала рукой колыбель, другая чистила медный таз. Потом они менялись местами, подменяя и помогая друг другу, словно их не разделяют разные эпохи. И это так символично: ведь женщины в патриархальных обществах могут меняться только в пределах норм, установленных им этим обществом. Женщина словно служит «коллективным телом», повторяя ту роль, которую играли её мать, бабушка, прабабушка. Патриархальный уклад чётко предписывает каждому и каждой определённую роль и наказывает за любое отклонение от жизненного сценария.
«Эта пьеса в первую очередь адресована женской аудитории, изначально она и задумывалась как феминистская. Однако наши показы демонстрируют, что на спектакль приходят мужчины, и они рыдают».
Ещё одна значимая деталь, которая зацепила меня как зрителя своей символичностью, прозвучала в диалоге мальчиков, сыновей главных героинь. Один из них сказал, что ест яйца, но только без желтков. Яйцо можно воспринимать здесь как символ жизни, а желток, как символ солнца, которое уже никогда не взойдёт над жертвами войны. Я поделилась своими мыслями с автором пьесы и спросила, так ли это? Ольга улыбнулась и ответила: «Значит, вы так это поняли». Ей как драматургу и режиссёру самой интересно собирать впечатления зрителей от своего творения, они порой разные, неповторимые, уникальные, но всегда значимые.
Хозяйственные секреты перемежались в диалогах женщин со счастливыми воспоминаниями о мирной жизни и с суровой, горькой реальностью войны. И это сегодня важно и очень своевременно. Алматинский зритель пережил январские события, которые ещё долго будут влиять на всё общество в стране, а глобальный политический дискурс вот уже полгода как сместился в сторону военных действий.
Спектакль же развернул перед нашими глазами живые трагедии прошлого. Как бы ни отличались войны причинами и стратегиями, последствия их для мирного населения почти всегда одинаковые: разрушение, смерть, потеря близких.
«От войны беднеют. От бедности воюют», – сказала героиня пьесы. Замкнутый цикл.
Пьеса «Дилфизо и Донада» успела прозвучать ещё в четырёх странах: Кыргызстане, Узбекистане, Таджикистане и России, была переведена на казахский и английский языки. Главных героинь, Дилфизо и Донаду, воплотили двадцать две актрисы из одиннадцати государственных и независимых театров шести городов. В Алматы в спектакле заняты артисты театра «Действие буквально», театра «АсАбАлАр», «Мастерской» театра «ARTиШОК», «Тотального театра», ТЮЗа им. Наталии Сац и Немецкого театра. Те, кто не успел посетить спектакль, не отчаивайтесь: его будут повторять, но уже в другом, закрытом пространстве, пригодном для холодного времени года.
