12 декабря 2019
И при каждой такой их встрече они непременно обсуждают грудь этой девочки: та сильно переживает, что вторичные половые признаки никак не проявятся, а мужчина её успокаивает. И эти разговоры ведутся даже по телефону, даже когда девочке исполняется шестнадцать и даже с некими мистическими существами (куда уж у Мураками без них).
«Не верю!» – стала кричать я, закрыв книгу и нервно расхаживая по дому.
Попыталась вспомнить свой переходный возраст, тем более что находилась в схожей с героиней ситуации – не росло!
Но вот чтобы меня это как-то волновало – нет, даже близко не было. Я ведь будущая женщина, и того, чтобы вообще никакая грудь не появилась, просто не может быть!
И нет, мне не было обидно. «Дурочки какие-то», – только и фыркнула в их сторону.
Потом я встречалась с парнем – первая любовь, никакого интима. Он был на три года старше, и его друзья, у кого девушки были ровесницами со всеми вытекающими из этого последствиями, смеялись над моим бойфрендом, что он, наверное, любит сёрфинг, раз встречается с доской.
Но и тогда мне не было обидно, да и мальчик мой вообще не парился по этому поводу.
Конечно, когда бурлят гормоны – это такие скачки настроения и депрессивных мыслей, какие у взрослого человека ни при каких условиях не возникают. Но в моём пубертате это никогда не было связано с внешностью или скоростью физического развития.
Эй, Харуки! Так кого ты пытаешься обмануть?
Но, чтобы убедиться в своей правоте, решила всё-таки спросить у подписчиц в инстаграме – а волновало ли их то, с какой скоростью растёт грудь и идёт ли их физика в ногу со всеми?
Результат меня сильно удивил – только 27% респонденток не испытывали тревоги в подростковом возрасте по поводу того, что у них развивается что-то не так, как у других.
И в личку полетели истории.
«Меня волновало! И бесило, потому что мальчишки начинали обращать внимание не на меня-меня, а на грудь, и это жутко раздражало и выбивало почву из-под ног. С тех пор тупая объективация меня бесит! Я же была ребёнком ещё, и мне казалось, что это как раз помеха в симпатиях, сложный комплекс переживаний – попозже, конечно, полегче стало».
«Волновало. Но у меня ни фига не росло до 16 лет, и я на эту тему всех троллила даже. Так сказать, радовалась, что половое созревание позже, чем могло бы быть».
«Меня волновало то, что грудь у меня в 13 начала расти, в то время как у других её не было. Из-за сисек я лишилась своего большого увлечения – гонять в футбол с мальчишками со двора, потому что в одно лето я пришла на поле, а они такие: «О, у неё сиськи!» И всё! Я перестала быть своей в стае. И я знаю ещё нескольких девушек, которые всячески маскируют сиськи до сих пор, сутулятся и ненавидят излишнее внимание к этим выпуклостям. А сама я после тридцати стала любить свою грудь. И многое теперь пофиг – хожу без лифчика даже в офис».
«Волновало, но я никогда не хотела большую грудь и вообще ничего большого не хотела! С меня носа моего было достаточно! Наоборот, очень радовалась, что я физически позже остальных стала взрослой, и рост груди воспринимала как нежелательные изменения, до сих пор мечтаю о первом размере».
«Меня совсем не напрягала маленькая грудь, пока я росла (а она у меня по сей день нулёвка, даже когда набираю сильно вес). Но после того, как моя мама лет с четырнадцати повторяла мне «Ну ничего, у тебя тоже скоро вырастет грудь», я в какой-то момент начала думать, что маленькая грудь – это какой-то дефект. То есть до того момента, как родительница хорошенько не заакцентировала на этом моё внимание, мне вообще было всё равно и комфортно – я не жаловалась и не поднимала эту тему сама вообще. А она ни с того ни с сего вдруг стала это делать… Я думаю, что в случаях безусловной любви со стороны родителя и стабильной самооценки любая чужая критика, вероятно, пролетит мимо взрослого человека. А вот насчёт подростков я не уверена: может ли на них повлиять негативная оценка сверстников, даже если в семье их любят «правильно»? А ещё – можем ли мы сами что-то себе придумать, выискать себе недостаток без внешних факторов, или такое только в психике недолюбленного человека рождается?»
«Я как-то с детства понимала, что не за это любят… Думаю, на меня повлияло, что я всё время встречала классных мальчиков, которые с любовью относились к моему телу, поэтому я как бы с подросткового возраста стала понимать, что моё тело красивое такое, какое есть, и вообще осознавать его именно через контакт с мужчинами, как бы это антифеминистически ни звучало».
«Меня волновало! Я худая, и сисек не было никогда, моего первого гражданского мужа это не беспокоило, и потом после него было много мужчин – им тоже было норм, и они считали меня очень сексуальной, но я сама всё равно всегда парилась и очень комплексовала. Лифчик найти было невозможно, это сейчас всё есть! В итоге я накопила денег и сделала у хорошего врача за границей грудь – с тех пор чувствую себя намного уверенней и счастливей».
Интересно, что и у Мураками эта героиня – сирота, рано оставшаяся без матери и почти покинутая отцом. Получается, писатель лучше понимает психологию девочек-подростков, даже не будучи никогда таковой (в отличие от меня).
Анализируя полученные сведения, хочется пообещать себе быть чутким родителем и продолжать делиться с окружающими тем, что меня волнует, заботит – не обязательно глобальными проблемами, но и такими, казалось бы, мелочами, как восприятие груди в детстве. Сложно страдать уникально на планете с населением в семь миллиардов, и, может быть, именно твой опыт окажется целительным для кого-то ещё.
Картины: WikiArt.org
