Марина Пай
14 августа 2025
«Карательная гинекология» – это собирательный (не медицинский и не научный) термин, описывающий травмирующий опыт женщин из-за непрофессионального и жестокого обращения гинеколога.
К карательной гинекологии относят:
● грубость и хамство врача,
● запугивание,
● пренебрежительное отношение,
● осуждение и слатшейминг,
● нарушение приватности и врачебной тайны,
● намеренно болезненные медицинские вмешательства и игнорирование боли,
● домогательства и сексуализация пациентки,
● шейминг за внешний вид и естественные реакции тела,
● акушерское насилие,
● отказ в медицинской помощи,
● навязывание ненужных с медицинской точки зрения процедур и так далее.
«Неженки сейчас все такие. Рожать намного больнее будет! Как будешь рожать?»
История Лизы
«Мне было восемнадцать. Я переехала в чужой город и столкнулась с необходимостью посетить гинеколога, так как стала замечать серьёзные проблемы с циклом. До переезда к врачам я ходила только с мамой, а у гинеколога была всего пару раз на школьном осмотре.
Я встала на учёт в ближайшей женской консультации, пришла в назначенное время на приём к доктору. Когда зашла в кабинет, на меня даже не посмотрели. Приказным тоном сказали раздеваться и залезать на кресло. Я так и сделала. Когда начался осмотр, я почувствовала ужасную боль, давление и немного дёрнулась от неожиданности. Оказалось, что в меня засунули гинекологическое зеркало. Важный нюанс: я была девственницей.
Только после моей явно болевой реакции врач спросила приказным тоном: «Половой жизнью живёшь?» Услышав мой ответ, она швырнула зеркало в урну, резко сняла перчатки и начала орать. Отчитывала меня за то, что я не предупредила (у нас вообще не было диалога до начала осмотра). Кричала, что я глупая и как такие «лошади» вообще до взрослого возраста доживают и не становятся самостоятельными.
Приём она не продолжила. Сказала, что с девственницами не работает. Я вся в слезах вылетела из кабинета и рыдала потом минут сорок на улице. Мне было мерзко и больно. И самое обидное, что эти эмоции я испытывала из-за женщины, которая, в моём понимании, должна быть более понимающей в столь интимных вопросах.
Как итог, я долго боялась идти к гинекологу. Лечилась у кого угодно и как угодно, лишь бы снова не столкнуться с этим. К гинекологу я попала только полтора года спустя. Так боялась, что просила со мной пойти маму и просто посидеть возле кабинета для моего спокойствия и чувства защищённости».
История Кристины
«Гинеколог меня не предупредила, что будет вторжение в анальное отверстие. Она полезла туда пальцем в перчатке без какой-либо смазки! Я вся напряглась, и палец не проходил. Она стала раздражаться и ругаться. Я от шока не помню, что именно врач говорила. И когда, наконец-то, палец зашёл, мне при этом было адски больно. Она держала его внутри, смотрела мне в лицо и отчитывала меня за реакции моего организма».
История Атии
«Мне тогда было 22 года. Я была молода и не могла за себя постоять, в отличие от того, как сейчас обстоят дела с моими границами. Я пошла в частный хороший центр, где лечилась моя мама. Меня записали к врачу со стажем больше сорока лет, ей было за шестьдесят. Мне поставили диагноз «эрозия шейки матки», а эта врач как раз специализировалась на этой теме.
Было несколько ситуаций, в которых нарушались мои границы. У меня низкий болевой порог, и больно, когда на сухую жёстко вводят зеркало. Я попросила смазать его. «Ой, ты что, бабушка? Я только бабушкам смазываю зеркало. И так тебе самое маленькое ставлю. Неженка!» – произнесла недовольно и в итоге смазала. Я ощутила сильное пренебрежение ко мне и удивление: неужели так сложно просто смазать?
Она делала мне прижигание эрозии шейки матки радиоволнами. Перед операцией сказала, что это как комарик укусит. Но мне было адски больно. У меня сильно сокращалась матка, всё жгло и горело. Хотелось реветь, но я держалась. Видимо, какие-то скованные звуки боли я всё-таки издавала, потому что на это она пренебрежительно говорила: «Ой, что, больно? Неженки сейчас все такие. Рожать намного больнее будет! Как будешь рожать?»
Я вышла из кабинета и разрыдалась. Мне было и физически ужасно больно, и морально. Меня унизили, ещё и добавился страх родов, который длился несколько лет. Прошло уже пять лет, а я пишу и меня всю сжимает внутри от воспоминаний. При всех этих историях врач очень восторженно высказывалась о моём стиле одежды, а под конец лечения говорила, что я её любимая пациентка. Очень смешанные были чувства.
Тогда я считала, что мне нужно пройти у неё лечение, всё вытерпеть, потому что это её профиль и с таким опытом врача я больше не найду. Сейчас я бы в моменте поставила её на место. А потом пошла бы к другому врачу, потому что врачей много, нужно искать адекватного и с хорошими актуальными знаниями».
«Вы же мусульманка! А ваши родители не против, что вы такой образ жизни ведёте?»
История Аружан
«Один мой гинеколог был настолько некомпетентен, что написал в листе лечения: «Свечи». Я не заметила, вышла из кабинета, начала читать, вернулась и говорю: «А что за свечи-то? Вы забыли написать». Он произнёс агрессивным тоном: «Вы что, сами найти не можете? Любые свечи, вы же женщина, знать должны!»
История Лейлы
«Я тогда находилась за границей, в Москве. После сексуального контакта начались боли, и я решила пойти к гинекологу. Это была частная клиника, и приём стоил достаточно много. Врач спросила о жалобах, я объяснила ей ситуацию. Она задала вопрос, постоянный ли у меня половой партнёр или нет. Я ответила, что нет.
Далее поступил вопрос, а сколько у меня тогда половых партнёров. Я сказала, что периодически бывают разные. А она говорит: «Подождите, я видела ваш паспорт, вы из Казахстана. Вы же мусульманка! А ваши родители не против, что вы такой образ жизни ведёте?»
История Марии
«Я пришла к новой гинекологине в частную клинику по медицинской страховке (я иммигрантка) на ежегодный осмотр. Врачом оказалась пожилая женщина, которая стала спрашивать меня о перенесённых ранее болезнях. Я сообщила о вирусе папилломы человека (ВПЧ), который был у меня несколько лет назад, но через год прошёл и потом в анализах не появлялся. «А сколько у тебя было половых партнёров?» – весьма резко спросила она.
Мне стало неловко. Я замялась и попыталась уйти от этого вопроса, вроде я не знаю и не хочу отвечать. Врач настаивала, что ей нужна эта информация.
– Ну… наверное тридцать.
– Тридцать? Ты ещё и врёшь наверняка! Там, наверное, все сорок или даже пятьдесят! Ещё бы у тебя не было ВПЧ! Бессовестная!
Я была в полнейшем шоке, но начала орать в ответ, чтобы она не смела со мной так разговаривать, она не имеет права меня стыдить. Видимо, она не часто сталкивалась с тем, чтобы ей возражали. Врач растерялась: вся будто уменьшилась, начала говорить тихо и извиняться. С приёма я ушла и записалась к другой специалистке. К слову, тот ВПЧ был от самого первого полового партнёра в двадцать лет, сейчас мне тридцать».
«Это нестрашно, пройдёт. Просто нужен секс или роды»
История Тани
«Первичный приём, у меня жалобы на неприятные выделения. Врач берёт анализ и тут же назначает антибиотики со словами: «Лишним не будет!» Хорошо, что я уже тогда была просвещена в вопросе и решила их не принимать до получения результатов анализов. В итоге результат – условно-патогенные бактерии».
История Айгерим
«В 12 лет у меня обнаружили большую (6 × 5 см) кисту левого яичника, которую решили лечить консервативно КОКами. Принять даже первую таблетку я не успела. Меня отправили домой. Но буквально на следующий день киста лопнула с кровотечением. Меня экстренно взяли на операцию, и всё закончилось хорошо. Яичник остался на месте. Мне даже сделали дриллинг яичников – операцию, которую нужно применять при поликистозе, чтобы уменьшить появление мелких фолликулов. Вот только у меня нет и не было поликистоза. Они их просто так продырявили.
Я регулярно раз в месяц наблюдалась у нашего семейного врача, специалиста УЗИ. Я уже тогда точно знала, как выглядят мои яичники. Когда через два с половиной года нашли вторую кисту, я пошла к другой гинекологине. Это была грубая девушка с огромными ногтями, которыми она меня знатно покорябала, когда смотрела на УЗИ. Возможно, из-за них она и не увидела левый яичник и начала на меня кричать, что меня обманули на операции и теперь у меня будут проблемы с детьми. Хорошо, что я точно знала, что он там есть. Разозлилась и пошла жаловаться. Мою жалобу выслушали с кислым выражением лица, и я уверена, что ей ничего не было.
У меня в тот период были экзамены и сложнейшая учёба в медицинском университете. Я перенервничала из-за того, что нормального врача-гинеколога невозможно найти, и забила на четыре года на обследования. Судя по всему, эта киста решила вести себя как примерная фолликулярная киста и рассосаться/лопнуть без последствий.
Всё было хорошо, пока у меня не начало тянуть справа в малом тазу. Зная, что это может быть, я пришла к нашему врачу – специалисту УЗИ, и она обнаружила кисту на правом яичнике. Начался забег по гинекологам, каждая из которых говорила, что это нестрашно и пройдёт, что это поликистоз (нет), что мне нужен секс или роды.
Я чувствовала только очень сильную усталость. Анализы были нормальные. Наконец, я нашла врача, которая, на первый взгляд, была вежливая и грамотная. Мне назначили КОКи, я начала их принимать и располнела на 12 кг. Меня безумно тошнило, как беременную, но гинеколог всё отрицала, говорила, что я просто много ем, так от этих таблеток не бывает и что мне нужна малоинвазивная процедура и стоит прийти в клинику к её коллеге хирургессе на возможную пункцию, раз таблетки не помогают.
А я, как врач, что ожидала? МРТ с контрастом, чтобы исключить онкологию, анестезиолога, консультации хирурга, обсуждения альтернативных стратегий лечения. Я сомневалась в пункции, так как капсула была очень плотной. Что я в итоге получила? Меня провели мимо кассы, практически в кабинет этой врачини, и сказали, что она мне сейчас сделает пункцию. Да она эту кисту в глаза не видела! Я просто встала и ушла. Позвонила своей гинекологине и вежливо сказала, что я не доверяю её коллеге, как врач, и хотела бы для начала подкорректировать терапию. Та накричала на меня, что я её подставила, таблетки она менять не будет, и бросила трубку.
Следующая гинекологиня сказала, что я вообще-то мальчик. Это цитата. Она так решила, потому что я не удаляю волосы с лобка и ног. Хотя у меня даже пониженное оволосение. Врач просто увидела волосы и произнесла: «Так как у тебя волосы там, у тебя генетический синдром – ты на самом деле мальчик». Я рассмеялась и разозлилась. Уже было жаль потраченных денег. Всё, чего я хотела, – адекватного плана лечения и сдерживания этих кист. Я ей сказала, что не все бреются, и хлопнула дверью.
С этой кистой я легла на лапароскопию к знакомому хирургу, который хорошо делает операции, но не понимает, как вести гормональную терапию. В этот раз всё было, как полагается: МРТ, анестезиолог и рентген с анализами. Оба яичника остались на месте. Но вот терапию таблетками врач мне не назначил. Я решила, как только смогу нормально ходить, пойду к ещё одной гинекологине. Также я оказалась права на счёт пункции: капсула была слишком толстой для этого. Если бы я сделала пункцию, киста просто выросла бы вновь.
Через дней 20 после восстановления я, наконец-то, попала к нормальному врачу, которая специализируется на опухолях яичников. А ещё она спокойная, тихая, добрая и эмпатичная женщина. Когда на УЗИ я увидела на том же яичнике снова кисту до 10 см, почувствовала отчаяние и страх, что это всё-таки рак. Гинекологиня меня успокоила. Сказала, что у некоторых женщин бывают фолликулярные кисты, у которых капсула просто плохо лопается. Это можно поправить таблетками. Она, наконец-то, назначила мне правильные анализы в правильные дни, и мы выяснили, что именно не так. Теперь я пью таблетки и, наконец-то, вижу нормальные яичники».
История Анны
«Когда я заболела ВПЧ 16-го и 18-го типов, мне, восемнадцатилетней девушке, гинеколог сказала, что у меня будет рак. И чтобы его не было, нужно срочно ставить капельницы. Я дико испугалась, дома лежала лицом в подушку и плакала. Пришла мама, я ей всё рассказала. Она со мной пошла в больницу, всё выслушала, сказала мне, что это развод, и нашла хорошего врача. Это был просто способ заработка на восемнадцатилетнем подростке».
● дисбаланс власти на приёме,
● мстереотипы,
● мизогинные установки,
● плохо организованная система здравоохранения, в которой происходит нехватка медперсонала, из-за чего требования к качеству работы самих специалистов падают,
● медицинское образование низкого качества,
● устаревшие методы,
● выгорание и усталость врача,
● недовольство работой,
● культура самого специалиста или организации, где он работает,
● и так далее.
Также карательная гинекология иногда может использоваться как инструмент дискриминации, и речь не только о мизогинии. В уязвимые группы, где выше риски осуждения, попадают следующие женщины: ВИЧ-инфицированные, женщины с инфекциями, передающимися половым путём, имеющие гомосексуальный опыт/отношения, имеющие несколько сексуальных партнёров или разнообразный/«необычный» сексуальный опыт и так далее.
Например, согласно исследованию акушерского насилия в отношении женщин с ВИЧ, живущих в Восточной Европе и Центральной Азии, от Евразийской женской сети по СПИДу (ЕЖСС) 2025 года: более половины (56%) респонденток сообщили, что столкнулись по крайней мере с одной формой словесного насилия. Часто встречающимися формами являются крики (15%), оскорбления (20%), обвинения (23%) и угрозы (11%). Наиболее распространённой формой было унижение, с которым столкнулись 33% респонденток, что делает его доминирующей формой словесного насилия. Психологическое насилие ещё более распространено, 63% респонденток указали, что столкнулись по крайней мере с одной формой этого типа жестокого обращения. О запугивании сообщили 21%, а 14% столкнулись с принуждением к прохождению медицинских процедур без уважительных причин.
Акушерское насилие – это оскорбительное поведение, насилие и агрессия медицинского персонала к женщине во время родов и при гинекологической помощи.
В Казахстане, если вы столкнулись с некомпетентностью врача, вы можете обратиться в следующие структуры:
● к главврачу больницы, где произошёл инцидент;
● в службу поддержки пациентов и внутреннего аудита, которая должна быть в каждой медицинской организации. Информацию можно узнать на ресепшене больницы;
● в Фонд социального медицинского страхования:
– официальный сайт fms.kz,
– приложение Qoldau 24/7,
– SaqtandyryBot в Telegram,
– колл-центр: 1406, 1414;
● в Министерство здравоохранения РК;
● в Управление здравоохранения вашего города или области.
Фото: Unsplash
