5 октября 2018
редактор Manshuq
Устав от травли в обычной, хоть и образцово-показательной школе, после седьмого класса я сбежала в художественный класс гимназии. Там всё было по-другому: совсем другой подход к учёбе, совсем другие учителя, которым есть дело до детей и их знаний. И вишенкой на торте был он, Георгий Станиславович Макаров, который вёл у меня рисунок и историю искусств. Симпатичный мужчина в стильном костюме, всегда саркастичный и безумно интересный. Пожалуй, это звучит так, словно я была в него влюблена, но нет. Этот человек всего лишь открыл стеснительной отличнице дивный новый мир.
На первом уроке было страшно до дрожи в коленях и срывающегося голоса. Хаотично расставленные парты с изрезанными столешницами, покрытые пятнами красок. Все полки, шкафы и некоторые столы занимали какие-то баночки, бутылочки, сушёные овощи, цветы, гипсовые головы и прочие странные предметы (особенно впечатлила композиция из очень натурального человеческого черепа и подсохшего граната на стопке потрёпанных книг). Бесчисленное множество картин разной степени готовности по всем углам и стойкий запах акрила в воздухе. И без того слишком непривычный антураж дополнял весьма специфичный рок (кажется, это была финская Apocaliptica) и сам преподаватель. Абсолютно лысый молодой мужчина с пронзительными голубыми глазами был одет в идеальный тёмно-синий костюм со строчкой по краям, из-под штанин выглядывали цветные носки. К слову, эти его костюмы – вообще отдельный персонаж, яркая демонстрация того, что набивший оскомину официоз может и должен превращаться в творчество. Оправиться от шока Георгий Станиславович не дал. Увлекательный рассказ о наскальной живописи перемежался с колкими комментариями и саркастичными замечаниями. Мне очень хотелось залезть под стол, чтобы, не дай бог, он меня ни о чём не спросил и вообще лучше даже не смотрел в мою сторону. Было совершенно невозможно распознать, шутит он или абсолютно серьёзен. И сама манера вести урок просто взрывала все привычные шаблоны.
