Суициды среди подростков были и остаются одной из главных проблем в Казахстане. Только за этот год более сотни ребят покончили жизнь самоубийством и ещё 200 пытались это сделать. Мы поговорили об этой проблеме с казахстанской актрисой, активисткой и основательницей Фонда модернизации института семьи и брака «Бопе» Айнур Ильясовой.
Наиля Галеева
10 ноября 2021
Я думаю, проблема в том, что подростки в наше время живут как-то сами по себе. Вспомните, как было у наших родителей, бабушек и дедушек – они были октябрятами, пионерами, тимуровцами. Да, у нас сейчас есть институт волонтёрства, но он только начал развиваться. Все эти годы подростки словно были и не детьми, и не взрослыми – о них будто забыли. И именно поэтому, мне кажется, суицид среди подростков набрал такие обороты. К тому же играют роль определённые ментальные моменты: мы не говорим на сложные и острые темы, подростки не делятся своими проблемами с родителями. Сюда же относится вопрос репродуктивного здоровья подростков.
Думаю, дело в том, что мы до конца не понимаем, как важно проговаривать свои проблемы и обращать на них внимание. Например, если у нас болят глаза – мы идем к офтальмологу, заболели зубы – к стоматологу. Почему, если у нас болит душа – не пойти сразу к психологу и не проработать все травмирующие моменты? Я думаю, здесь помогут разговоры и понимание, что стыдиться нечего, а говорить о своих эмоциях и чувствах – очень важно.
Всё просто – это, к сожалению, было в моей жизни. В моей семье есть истории, когда человек заканчивал жизнь самоубийством. И я знаю, насколько это тяжело и как это сложно принять. Причём это были не подростки, а взрослые люди, но проблема от этого меньше не становилась.
Над проектом работать мы начали весной этого года. Изначально грант выиграл Институт равных прав и возможностей Казахстана, и в его рамках был проект по разработке видеороликов, направленных на профилактику суицида. Мы начали работать небольшой командой – я, моя коллега Махаббат Раимкулова и режиссёр Ален Ниязов. Сначала мы продумывали эту тему сами, потом привлекли сценариста, чтобы он точнее и конкретнее записал наши мысли. Затем мы утвердили эти видеоролики с Институтом, Министерством информации и общественного развития и только потом приступили к ротации.
