Дом стал чем-то очень родным. Я всегда любила его. Он стал реализацией моей мечты. Именно то, что я хотела: за городом, не высотка. В маленьком живописном селе, но сразу за Киевом, в прекрасном уютном жилом квартале с чудесной инфраструктурой. Моя квартира в маленьком жёлтом домике с красной крышей, и квартал выглядит так же, как маленький уютный немецкий городок. Всего три этажа и плюс высокий цоколь и мансарда. Только два подъезда. Вода из скважины под домом не фторированная, не хлорированная, пахнет свежестью.
У меня крохотная однокомнатная квартирка-студия 32,5 кв. м с маленьким балконом. И в ней всё игрушечное. Я себе выбрала ориентир на стиль прованс. Все, кто приходит в мой дом, изумляются: розовый шкаф? зелёная кухня? шторы в лавандовые букетики? плетёный комод и сундук?
Все офигевают, а в глазах некоторых женщин обычно вижу осколок острой боли – я смогла сделать то, о чём они до сих пор мечтают с детства. И никому не отчитываться и не спрашивать разрешения, потому что это МОЙ дом. Это, наконец-то, МОЁ пространство.
И я реализую в нём все свои желания – накидка на диван в стиле Лауры Эшли? Да, легко – купила старую польскую машинку в чемоданчике. И сшила.
Мебель, кроме кухни и столика с табуретами, пока старая, и б/у, и кто-то что-то подарил.
Но я захотела вересковый шкаф. Купила краску, колор, разболтала и сделала – в этой квартире моя жизнь перестала быть «жизнью завтра», она стала «жизнью СЕЙЧАС». Нет никакого завтра, хочешь – сделай из чего есть прямо сейчас, потом по ходу заменишь на новое.
Я мечтала об открытых деревянных полках. И сделала себе такие. У меня кухня вместилась в буквальные два квадратных метра. И я это сделала, я сама придумала всё в ней. И да, мой холодильник! Он вызывает фурор. Его некуда было поставить на кухне. И я поставила в комнату, придумала – он стал шкафчиком – покрасила его в вересковый цвет и приклеила в технике декупаж картинку, о которой давно мечтала. Когда жила в Киеве, в ободранной гостинке, бывала у клиенток в хороших домах, где на лестничных площадках стоят цветы в горшках. И я реализовала это у себя дома. У меня в коридоре фикус, шеффлера, драцена и мелисовая герань.
Мой дом для меня – точка отсчёта моего «хочу»: я живу, как хочу. Мой дом – точка отсчёта себя, он часть меня в этом. Он моя проявленность. Мне кажется, если бы я из него выехала, я бы уже сгорела внутри.
Мой сосед, учитель гимназии из Горловки, Донбасс, на пенсии, остался – вся семья уехала, а он упорно остался. Сказал: «Не могу я больше, не могу я бегать, я уже набегался от них из Горловки, мы только жить снова начали, я не поеду». Его близкие мне звонят и просят уговорить его выехать. А я им ответила: «Вы можете быть уверены только в том, что он по поверхности там будет без осколков, но вы не можете быть уверены, что его сердце и мозг не тронут инфаркты и инсульты. Не трогайте его – это его выбор. Он не хочет. Он не может».
Люди очень много помогают друг другу. Только что звонила двоюродная сестра из Гуляй Поля – это юг, Запорожская область. Они выехали за сорок километров куда глаза глядят – приехал бывший муж, забрал всех в машину, и поехали лишь бы куда. Потому что «Грады» и нет света, газа, воды, отопления. А зима. Но ехать куда-то не хотят, просто отъехали на безопасное расстояние. И их приняли просто люди, чужие люди. Сами вышли, спросили – откуда и куда, и взяли к себе в дом, четвёртый день сидят все в простой хатке в селе.
