Давайте обсуждать: дискуссия о безопасности женщин в Казахстане
4 марта в баре Powder состоялась панельная дискуссия на тему безопасности женщин и домашнего насилия. Команда Manshuq не задумываясь поддержала эту инициативу, а главный редактор нашего издания – Гульмира Кусаинова – стала одним из спикеров вечера. Также в обсуждении приняли участие соосновательница «ФемАгора», консультант по гендерным вопросам и образованию Лейла Зулейха, журналист, основатель The Village Казахстан Айсана Ашим, адвокат Кундыз Утебекова, блогер и редактор Elle Kazakhstan Диана Идрис.
Яна Каримова
5 марта 2020
Вряд ли кто-то станет спорить, что эта тема крайне важна. Но при этом очень многие думают, что это сложно – организовать встречу, найти людей, собрать аудиторию, которая будет действительно заинтересована. Вчерашняя встреча доказывает, что всё возможно, если человек неравнодушен.
Тогжан Касеновой – со-организатору сообщества Groove Me – тема безопасности женщины близка, и у неё, как у многих, есть своя история (которой Тогжан искренне поделилась в конце встречи). И в какой-то момент она решила, что нужно действовать. Сначала свою идею она предложила коллеге – Арсену Рысдаулетову, с которым они вместе занимаются сельским хозяйством, диджеингом и развитием проекта Groove Me.
«На самом деле, я обратил своё внимание на тему равноправия и проблем женщин совсем недавно – года три-четыре назад, – говорит Арсен. – До этого времени я думал, как и многие ребята: «Вас же никто не притесняет!» У меня есть две маленькие дочки: одной девять месяцев, второй четыре года. И я хочу, чтобы, когда они повзрослели, наше общество было здоровым. И, наверное, это такой мой маленький вклад, чтобы в будущем у них было больше прав».
О том, что заявленные темы интересны многим, говорит уже тот факт, что в зале, рассчитанном на 35 человек, собралось как минимум полсотни слушателей. Стульев хватило не всем, но люди не только простояли два с половиной часа, пока шло обсуждение, но ещё и активно участвовали в диалоге со спикерами после.
Если вдруг у кого-то всё ещё возникает вопрос: почему вдруг все решили, что безопасность женщин – настолько острая проблема в Казахстане, ответ наглядно продемонстрировала модератор встречи, гражданская активистка Фариза Оспан. Она раздала гостям цветные стикеры и провела нехитрый тест: попросила ответить на вопрос «Чувствуете ли вы себя в безопасности?», где ответом «Да, чувствую» служила жёлтая карточка, а ответом «Нет, не чувствую» – синяя. В итоге из всей аудитории только четверо ответили, что они спокойны за свою жизнь. Почему же так происходит? На этот вопрос попытались ответить спикеры встречи.
Первая часть – о безопасности женщины в Казахстане
«Я не чувствую себя в безопасности в нашей стране. Я живу в Алматы, в центре города, где улицы хорошо освещены, езжу на своём авто. Но я всё равно, садясь в машину, полностью блокирую двери. Я боюсь, что меня могут ограбить, напасть на меня. Я не боюсь ходить в правоохранительные органы, суды, ругаться с прокурорами, но почему-то боюсь вечером выйти во двор, чтобы вынести мусор, и не чувствую себя в безопасности даже в своём дворе. Когда я задерживаюсь где-то на мероприятиях, я не езжу на попутках и не употребляю спиртное, потому что боюсь садиться в случайные машины. Меня этот страх преследует уже много лет».
«Тот факт, что сегодня в опросе большинство из нас выбрали синий цвет, говорит о том, что государству не нужно ждать какой-то внешней атаки для того, чтобы граждане не чувствовали себя в безопасности. Мы вроде чувствуем, что внешнего врага нет, но внутри нет спокойствия. Потому что государство не может обеспечить нашу безопасность. И это самое страшное».
«О безопасности я думаю не только в ключе, что человек сильнее меня проявит по отношению ко мне физическую силу, но и о психологическом и эмоциональном насилии. Я также воспитываю ребёнка одна и не чувствую себя, например, в финансовой безопасности. Несколько лет назад, ещё когда я была замужем, я решила, что вся ответственность за то, буду ли я в безопасности, лежит на мне. Я до сих пор толком не верю, что если я буду звонить в правоохранительные органы, что-то произойдёт. Поэтому я привыкла надеяться только на саму себя».
«Я много езжу по миру и заметила, что наших граждан от других национальностей отличает именно то, как мы реагируем на окружающий мир. Мы относимся ко всему с недоверием: постоянно хватаем свои вещи, боимся, что нас обманут. У нас всё время такой настороженный вид и взгляд, что все сразу понимают: мы из бывшего «совка». Это показатель того, что мы не чувствуем себя в безопасности. Не только женщины, а любой гражданин в нашей стране».
«Я только недавно узнала, что такое cat calling. Я из Шымкента, и в нашем городе абсолютно «нормально», если ты идёшь, например, в коротких шортах либо в короткой юбке, а тебе кричат вслед. Мы выросли понимая, что абсолютно любой мужчина может тебя зацепить. Это на самом деле неприятно. Что делаю я в таких случаях? Обычно полностью игнорирую эти оскорбительные замечания по поводу моего внешнего вида. Иногда, конечно, хочется ответить, но я понимаю, что для таких «альфа-самцов» это просто способ самовыражения, способ показать свою доминантность».
Вторая часть – о поправках в Законе «О профилактике бытового насилия»
В январе этого года все неравнодушные казахстанцы были в недоумении: в статьи закона о бытовом насилии были внесены поправки, в которых наказание в виде штрафа или ареста на несколько суток для домашних абьюзеров было заменено простым предупреждением. Объяснялось это так: жертвы домашнего насилия, пострадав от действий своего мужа или сожителя, как правило, сами же и оплачивают штрафы.
«За побои и лёгкий вред здоровью предусматривается предупреждение вместо штрафа, как это было раньше. То есть в случае первого обращения жертвы суд обязан вынести предупреждение. А уже в случае повторного обращения назначается арест в виде 15 суток. Я считаю, что наказание в виде предупреждения – это вообще не наказание, потому что оно не реализует основную цель наказания – предупреждение последующих рецидивов. Считаю, что в данном случае следует отменить предупреждение и оставить только арест. Потому что когда человек изолирован на определённый срок и лишён свободы, за это время у него, возможно, что-то поменяется в голове, придёт понимание неотвратимости наказания за совершённые действия. Поэтому я против предупреждений».
«Кроме полиции, в работу по профилактике бытового насилия у нас включены ещё как минимум три министерства. Это Министерство образования, которое через свою работу должно объяснять детям в школе и студентам в вузах, что такое бытовое насилие, как его идентифицировать и какие механизмы защиты у них есть. Второе – это Министерство здравоохранения, которое через все эти бюджетные поликлиники должно заранее выявлять проблемы со здоровьем и бороться с ними. Есть у нас Комиссия по делам женщин и семейно-демографической политике, которая должна защищать права женщин. И ещё у нас есть кризисные центры. Они работают во всех городах, но, к сожалению, мест в них не хватает. По международным стандартам мы в этом плане хромаем, нам нужно больше кризисных центров. К чему я веду? Это комплексная проблема, и за неё отвечает много сторон».
«Расскажу о домашнем насилии в своей жизни. Это был последний год моего замужества, которое длилось восемь лет. На протяжении пяти последних лет я подвергалась бытовому насилию разной степени тяжести. После нашего последнего «поединка» я решила написать заявление. Пришла в правоохранительные органы – у меня была сломана челюсть, вырван клок волос, то есть по внешнему виду понятно, что меня не собаки драли. Но на моё желание написать заявление я получаю суперответ: «Ты что, дура? Никто не пишет заявление на своих мужей. Через два дня помиришься». Я настояла на том, чтобы написать заявление. Но толку от этого не было. И, мне кажется, нужно менять не систему, а воспитание. Нужно вкладывать в сознание людей, что для того, чтобы не бить женщину, нужно просто не быть «конченым».
«Мы не должны говорить: «Ой, меня никто не насилует, никто не бьёт, меня это не касается». Касается всех. Вы тоже можете защитить права своих знакомых или соседей. Как это сделать? Вы можете позвонить по номеру «150», по которому работает союз кризисных центров, – они помогают жертвам насилия. Второй номер – это «102». К сожалению, когда я столкнулась с домашним насилием, «102» не сработал. Мне не ответили, хотя я очень долго звонила. Тогда мне помог номер «103» – вызов скорой помощи. Я рекомендую поступать так, если вы понимаете, что ситуация безвыходная. Звоните в «103» и говорите, что вас избил муж, парень или кто-то ещё и вам нужна помощь. После вашего звонка «103» звонит в «102» – у них связь теснее, и ваш участковый после этого свяжется с вами сам».
Третья часть – о видах насилия и как с ними бороться
Конечно, одна дискуссия о безопасности женщин – это капля в море. Однако если лет десять назад никто даже не задумывался о таких проблемах, то сегодня общество понимает – пора что-то менять.
«Самая главная проблема в том, что женщина, когда её бьют, не понимает, что это проблема. Не знает, как идентифицировать насилие, как понимать, что именно сейчас она не в безопасности. Это самая большая проблема. Если тебя этому никто не учит, то ты не понимаешь, что вот этот момент и был насилием. И мне кажется, что здесь Министерство образования тоже очень виновато, что в нашей стране такая ситуация происходит».
«Я согласна с Лейлой – нужно учиться распознавать виды насилия. Потому что мы с вами в Алматы разговариваем на эти темы и знаем, что такое cat calling, абьюз, газлайтинг, а где-нибудь в глубинке об этом до сих пор ничего не знают. Когда я была подростком, cat calling среди самих девушек воспринимался как степень популярности. То есть чем больше тебе вслед кричат непристойностей, тем выше твоя популярность. И никто не задумывался, к чему это может привести. Однажды моя одноклассница подошла к учительнице и сказала, что к ней пристаёт мальчик. Преподаватель в ответ на это повернулась к мальчику и сказала: «А чего ты без пряников пристаёшь?» Из серии «расслабься, это нормально». Начав работать в Manshuq, я поняла, что об этой теме надо элементарно говорить. Мы с командой просто начали друг другу рассказывать, кто и с чем сталкивался. Начали писать об этом материалы, и люди стали откликаться на такие личные истории. Люди в ответ начинают писать свои истории. Делают пока это анонимно, но, я считаю, что это уже большой шаг».
«Когда меня бил муж, я не могла ему ответить. Меня сковывал дикий страх, хотя я тоже не маленькая и могла дать отпор. Но в тот момент происходил какой-то ужас. Я сжималась в комок от страха, и, да, я думала о том, как я буду жить, ведь у меня двое детей. Но первопричиной проблемы был не мой муж, проблема была в том, что я позволяла ему так вести себя со мной. То есть самое главное – это повышать культуру внутри себя, воспитывать детей правильно».
«Нужно показывать мальчикам и девочкам уже с раннего детства недопустимость совершения насилия в отношении тех, кто слабее их. Если в семье родители покажут своим примером, что это недопустимо, то дети, став взрослыми, не будут совершать бытовое насилие в отношении своих близких. А ещё в нашем государстве не хватает бесплатной юридической и психологической помощи. Потому что жертвы в первую очередь нуждаются именно в такой поддержке».
«На самом деле мы – привилегированные женщины. Потому что у нас есть доступ к образованию, мы можем ходить в хипстерские места, у нас есть деньги, чтобы заказать себе коктейль или какое-то блюдо. Но в Казахстане проблема с теми женщинами, у которых всего этого нет. Многие девушки экономически и физически зависимы от мужчины. Было бы здорово, если бы мы могли помочь этим девушкам. Вторая проблема – в нашем обществе нет понятия «личные границы». У нас люди постоянно лезут в чужую личную жизнь. И ещё один момент: нам, женщинам, нужно объединяться и поддерживать друг друга. Хватит друг друга обвинять в насилии. Ты можешь носить длинную юбку, тебе может казаться, что ты ведёшь себя правильно, но тебя могут в любой момент изнасиловать, причинить тебе вред. И дело не в тебе».
«Очень многое зависит от уровня жизни населения. Очень сложно думать о высоком, когда ты переживаешь, что завтра есть самому и чем кормить своих детей. Я сталкивалась с эмоциональным насилием, и мне удалось с этим справиться, во-первых, благодаря поддержке, которую оказали мне мои родители, когда я решила развестись с мужем. А второе – однажды на предмете «детская психология» я услышала фразу, что «у несчастливой матери никогда не будет счастливого ребёнка». Эти слова запали мне в душу, и я решила что-то менять в своей жизни».
Фотографии: Юло Хан
Иллюстрация на обложке: @karly.draws
