Ужасы всегда были антимейнстримным жанром и до сих редко воспринимаются всерьёз такими культурными институтами, как, например, «Оскар». Публика, в свою очередь, не ожидает от фильма ужасов никакого месседжа – только полтора часа развлечения и возможность пощекотать нервы. Для сценаристов и режиссёров такая позиция даёт возможность экспериментировать на полную катушку – лимита отвратительного, которое допустимо на экране, нет.
А я верю, что ужасы – отличный формат для исследования насущных проблем и вопросов, которые нас беспокоят. Например, для исследования нашего страха старения. Особенно, на мой взгляд, фильмы ужасов могут дать терапевтический эффект женщинам, поскольку этот жанр всегда был привлекателен для альтернативных голосов.
Снят фильм замечательно: длинные коридоры, открытые пространства, яркие цвета, интересная работа оператора – всё сочетается. Кадры, сфокусированные на героинях, и кадры с их точки зрения используются для того, чтобы подчеркнуть и даже высмеять объективирующий мужской взгляд. Поначалу фокус на обнажённых телах двух главных героинь кажется излишним, но медленно и верно он трансформируется. Например, в один момент такие сцены становятся комичными, а в другой – вместе с музыкальным сопровождением создают эффект антиобъективизации: сразу после быстрых кадров с обнажёнными сексуальными телами следуют отвратительные сцены, обрывая потенциальную эротичность момента.
