Нет, в то время наш быт меня устраивал. Но чтобы более стойко переживать эти дни сурка, мне периодически нужно было уединение. А если совсем точно – я незаметно сваливала из квартиры и гуляла по ночному городу. Ах, да, эти прекрасные визиты заботы от свекрови. «А мы тут гуляли, проходили мимо и решили к вам заглянуть», – с этими словами почти в полночь она протягивает нам трёхлитровую банку с окрошкой, которую, видимо, выгуливали. Или утреннее воскресное звяканье в дверном замке – принесла сыночку шоколадку. Не дожидаясь, когда она притворится канделябром со свечкой возле нашей постели, деликатно (не совсем) попросили предупреждать о визитах. В целом, это была наша с супругом общая борьба.
И снова: курица – пельмени – котлеты – компот – блины. Я, кстати, изрядно поднабрала в весе, и мне совсем это не нравилось. Попытки снова постройнеть ни к чему не приводили – вишнёвые пироги и молочные коктейли по вечерам всё ещё были в деле. А родня мужа на любом семейном застолье считала своим долгом высказать мнение о том, что нам очень пора рожать. На этот счёт у меня свои приоритеты – не каждая женщина создана для материнства. Мы многофункциональны и многозадачны. Если честно, детей я никогда не хотела и чётко следила за тем, как бы чего не вышло. Но, понятное дело, стереотипы семьи буквально захлестнули родственников. «Вот родите, и я смогу спокойно умереть» – такими словами как-то раз нас решила мотивировать одна из его бабушек. Мне сейчас 31 год. И я до сих пор отдаю себе отчёт в том, что не буду рожать ребёнка единственно для того, чтобы кто-то вздохнул свободно. Хоть и восхищаюсь женщинами, которые способны безболезненно совмещать работу и воспитание детей. Каюсь, некоторое время правда думала, что хочу родить себе подобного. Но жизнь расставила всё по местам – пока что я бесполезное для своего рода существо. Ну и ладно.