12 января 2026
Ещё пару лет назад я была готова провести старость в лесу. Мои фантазии доходили до рутины Китнисс Эвердин и её деревянного лука для ловли зайцев и белок. Два года назад мне было хорошо одной. Мой комфорт был завязан на сепарации от родителей и решениях, которые я начала принимать самостоятельно. Хочу ли я эту бесполезную банку для того, чтобы нарисовать на ней некрасивые ромашки и поставить её на самое видное место на полке? Да. Мне была дорога та свобода (как мне тогда казалось), которую я была не готова променять на что-либо другое. Например, на парня.
Тогда-то меня и позвали на дружескую встречу, после которой в моей жизни появились отношения сначала на расстоянии длиною в год, а после они переросли в отношения под одной крышей в выходные. Поначалу было странно от того, что кому-то может быть интересно, как прошёл мой день. Хотелось ответить «Как обычно», но ведь человек не знает, из чего состоит моя рутина. Мой, я, моё – всё это постепенно начало растягиваться и обретать новые рамки. Не острые, а огруглённые, как современные белоснежные диваны.
У нас есть общие интересы, но и разностей у нас тоже хватает. Я учусь у него, он, надеюсь, у меня. У нас разные круги друзей и общие тоже есть. Как и раньше, я забываю о всех важных датах, а он помнит. Я люблю готовить одна и ворчу, когда готовим вместе. Мы строим общие планы, в которых есть наши собственные. Я хочу выучить новый язык, а он освоить новую профессию. Я всегда выбираю самый большой мандарин, и он делает так же. Мой комфорт и его комфорт научились жить вместе. Где-то они дополняют друг друга, а где-то идут параллельно.
Наши отношения не стали частью наших индивидуальностей. Я интересна сама по себе, как и он. Будучи в отношениях, я обрела новые черты, о которых раньше не знала. Почему так много «я», подумаете вы? Мне кажется, что пару лет назад подсознательно я боялась потерять ту личность, которую долго строила сама. Мне казалось, что залог счастливой пары – это подавление собственных желаний и интересов, ведь компромисс из этого и состоит. Я ошибалась.
Можно долго разбирать здоровые типы привязанности, как они формируются с детства, как их можно тренировать – мне для этого не хватает квалификации. Но я попробую порассуждать о другом – кем мы остаёмся и становимся в отношениях? Этой темой я заинтересовалась после выборов мэра города Нью-Йорка осенью прошлого года. В это же время в социальных сетях завирусилась другая тема – стыдно ли в современном мире встречаться с парнем (It is embarrassing to have a boyfriend)?
Кто-то считает, что фото с молодым человеком в социальных сетях может привести к сглазу. Как оказалось, көз тиеді – это общемировой страх. Кто-то всерьёз винит социальные сети в своём расставании, другие же готовятся к потенциальному расставанию и избегают показывать отношения онлайн. Сама же авторка больше склоняется к тому, что новый тренд является ответом на излишне бойфрендовский контент. На мой взгляд, социальные сети стали определяющим фактором в нашем самовыражении, поэтому абсолютно неудивительно, что интернет-сообщество разбирает подобные тренды и делает выводы.
Стереотипная традиционная женственность, завязанная на том, есть ли у женщины в жизни гетеросексуальный мужчина или нет, отошла в сторону. Джозеф подытожила свой материал словами о том, что наши ценности меняются. Сегодня женщина выбирает, с кем она хочет быть или хорошо ли ей самой по себе, при этом в идеале она это делает, не поддаваясь осуждениям общества. В социальных сетях некоторые пользовательницы романтизируют свою single жизнь, ломая стереотипы о том, что одиночество равняется несчастью. Однако и встречаться с парнем не должно быть постыдным. Самое главное – это то, что личная жизнь женщины её не определяет.
Именно такой позиции, как мне кажется, придерживается Рама Дуваджи, художница из Нью-Йорка с сирийскими корнями. По совместительству она же первая леди и жена нового мэра Нью-Йорка Зохрана Мамдани. Иллюстрации Рамы поднимают темы прав женщин, пострадавших во время войны в Газе, Судане и Сирии, и социальной справедливости. Её работы публиковались в New York Times и Washington Post. В первую очередь Рама должна быть известна своим творчеством, однако мировые СМИ уже пишут лишь о том, что «жена Мамдани появилась на мероприятии в новом наряде». Так же писали и пишут о принцессе Диане и Мишель Обаме. В Казахстане, как бы мы ни старались выделять Сару Алпысқызы как общественную деятельницу и основательницу Национального благотворительного фонда «Бөбек», общество знает и скорее всего навсегда запомнит её как жену первого президента РК.
На следующий день после победы Мамдани на выборах Рама выложила в Instagram карусель с фотографиями, подписав их «Вещи, вдохновившие меня создавать произведения искусства». И несмотря на то, что почти все комментарии либо поздравляют с победой Мамдани, либо отмечают лично её как первую леди Нью-Йорка, она и словом не обмолвилась о том, что её муж, известный на весь мир политик, стал новым мэром самого богатого города в США. Такой ход подхватили блогерки, сняв большое количество роликов о позиционировании Рамы и её участии в политической жизни мужа. Художница и борец за справедливость Рама Дуваджи настоятельно решила оставаться в первую очередь собой в медийном пространстве.
Сам Мамдани придерживается той же позиции. Во время своей предвыборной кампании он выложил пост со свадебной фотосессии (в Нью-Йоркском метро) и подписал: «Рама – не просто моя жена, она невероятная художница, заслуживающая быть известной сама по себе». Зелёный ли это флаг? Конечно! Двигающиеся самостоятельно в одном направлении, уважающие идентичность друг друга публичные пары не могут не радовать. В то же время решение о том, что Зохран пойдёт на выборы, было их общим, ведь новая жизнь затронула бы их обоих. Ещё один зелёный флаг в копилку.
Почему пример Рамы поучителен? Она говорит и показывает то, что можно поступать по-другому. Рама не находится в тени Зохрана или кого-то ещё, но и не пытается публично воспользоваться новым статусом. Во время предвыборной кампании она была не просто другом и поддержкой для мужа, но и работала над графическим дизайном вместе с его командой. Она появляется только на самых крупных официальных мероприятиях рядом с мужем-мэром, где придерживается политического этикета и делает крутые высказывания своими нарядами. Например, в ночь выборов она была в платье от палестинского дизайнера, тем самым подчеркнув свою позицию (кстати, и Зохрана тоже) касательно войны в Газе.
На сегодня Рама дала всего одно интервью – изданию The Cut, в котором рассказала о том, что не собирается становиться политикессой, а будет оставаться художницей. Эта позиция отличает её от коллежанок, жён политиков, которые активно ведут свою социально-политическую деятельность. Кстати, интервью проходило за час до начала воркшопа по керамике под руководством Рамы. В работе и на страницах социальных сетей для себя самой она прежде всего художница и почитательница искусства.
Можем ли мы осуждать партнёров, растворяющихся в жизни друг друга? Нет, ведь это всегда про выбор. Рама сделала свой. Вот и я выбираю самый большой мандарин, строить карьеру и оставаться собой рядом с любимым человеком.
