Искусство вовремя отпустить: как мы ставили спектакль «Сириус»

Ольга Малышева 13 октября 2026

Я пишу пьесы для театра уже больше десяти лет, и почти всё это время для меня главным в старте работы над текстом была тема. Тему называют ещё триггером или болью: то есть автор начинает писать о чём-то, о чём не может не писать, что его волнует и требует выхода наружу. Этот подход иногда травматичный, всегда достаточно сложный, но у него есть эффект в виде отпускания и проживания. 

Но в самых свежих текстах мне стало интереснее другое. Я захотела экспериментов с чистыми жанрами и попробовала написать: комедию «Тюлень», триллер «Если будешь плакать» и мелодраму «Сириус». И получила неожиданный эффект: то, что не задумывалось как самоанализ, может стать рефлексией и катарсисом для других.

В эти дни в «Трансформе» готовится к премьере спектакль «Сириус» по моей пьесе, написанной два года назад. Это история матери и дочери, которые находятся в многолетней конфронтации. Они обе взрослые самостоятельные женщины, каждая со своими травмами и особенностями.

«Сириус» я писала с холодной головой, без опоры на личный опыт, потому что у меня, к счастью, такой ситуации в личном опыте не было. Мне были интересны исключительно правила конструирования жанра: как работают механизмы затяжного молчания, как выстраиваются обиды и насколько капитальный сам этот конфликт.

Для автора читка – обманчиво комфортный этап. Ещё сохраняется иллюзия полного контроля: это мои героини, они говорят моими фразами и двигаются ровно по той траектории, которую я для них выстроила. В спектакле обычно уже по-другому, и здесь уже появляется ревность. Потому что когда с текстом начинает работать режиссёр, драматургу приходится отпускать персонажей.

За то время, что я работаю в театре, спектаклей по моим текстам появилось около полутора десятков, но единицы из них так, чтобы режиссёр работал без моего прямого участия. Поэтому опыт сепарации от пьесы и персонажей у меня штучный. Так что пока Дора проживает гиперопеку Махи, я борюсь с собой, чтобы не вмешиваться в процесс работы над спектаклем чрезмерно.

Основа команды – женщины, которыми я восхищаюсь и которых мне приятно называть коллежанками и подругами. Это продюсерка спектакля Анна Суворова, режиссёрка Инна Семененко и исполнительницы главных ролей: Лаура Турсунканова – Дора, и Елена Вовнова – Маха. Мне не страшно доверить им текст, даже наоборот – приятно-волнительно.

Тут важно всё-таки упомянуть, что в пьесе есть один мужской персонаж – Пакс. Но голос «Сириуса» – женский, поэтому у Пакса всего одна реплика на весь объём текста. Зато символично и даже поэтично, что в спектакле эпизоды, связанные с ним, создаются исключительно техническими средствами и мужской частью команды: это художник-постановщик спектакля и худрук «Трансформы» Ярослав Максименко, технический директор Данила Быковский и композитор Илья Блинков.

Я не прихожу на все репетиции, но иногда бываю в процессе. Наблюдать за тем, как режиссёрка и актрисы берут выдуманных мной женщин и забирают их себе – странный и отрезвляющий опыт. Дора и Маха обретают тела, голос и автономный характер (уже не совсем даже тот, какой придумала я), и с этим я уже не могу поспорить. Персонажки выселяются из моей головы и сепарируются окончательно.

До премьеры несколько дней, и я представляю, как окончательно осознаю после показа, что эти две женщины на сцене больше мне не подчиняются и во мне не нуждаются. И будет самое время отойти в сторону и принять чужое высказывание. Штука, которая важна и полезна что в родительстве, что в писательстве.

И здесь и мне, и зрителю точно поможет то, о чем я говорила вначале: «Сириус» был для меня «холодной» сконструированной историей. Когда текст вырастает из личных болей, он может быть слишком эгоцентричен. Автор до конца держится за свои травмы, а зритель сталкивается с чужим свежим переживанием. 

Дистанция здесь даёт более точный фокус. Текст, созданный с минимумом эмоций, позволяет каждому в зале пройти свою собственную терапию и, возможно, впервые по-настоящему увидеть тех, с кем давно стоит поговорить по-честному и кого стоит простить за давно забытые обиды. Я предлагаю прожить этот опыт вместе.

Фото: Камиля Сабитова