Авторка Manshuq Гульзада Ксан в прошлом году уехала в США и теперь с особым вниманием относится к календарю – это теперь не просто список дат, а пространство для знакомства с собой. Читайте в её новом материале о праздниках, наших и американских, а также о том, как может проходить подготовка к первому Наурызу вдали от дома.
Гульзада Ксан
6 марта 2026
Говорят, праздники – это часть нас. Но если присмотреться, они скорее создают нас, чем просто отражают. Во время магистратуры я изучала, как в позднем советском Казахстане «возрождали» Наурыз. Меня поразило, насколько тщательно правительство могло выстраивать праздник, диктуя, какие слова должны звучать со сцены, какие блюда считаются «правильными» и какие элементы становятся обязательной частью празднования. Тогда я начала смотреть на праздники не как на спонтанную радость, а инструмент, при помощи которого нам могут говорить, кем мы являемся. Правительства используют праздники, чтобы создавать нацию, а бизнесы, чтобы создавать спрос и зарабатывать больше денег. Но что происходит с людьми? Почему одни даты становятся сакральными, а другие – нет? Почему в одних праздниках мы чувствуем себя дома, а в других – гостями? И что меняется, когда ты переезжаешь в другую страну и календарь вокруг тебя перестаёт совпадать с твоим внутренним?
В этом году я живу по календарю, в котором в марте 8 число не отмечено красным цветом и целая неделя во второй половине месяца пройдёт без Наурыза
Зато в моём новом календаре появились другие праздники. Те, о которых я раньше знала только по фильмам или мемам. И постепенно мне стало казаться, что календарь не столько сменился, сколько расширился. Как будто поверх старой сетки наложили новую и теперь я живу сразу в двух временных измерениях.
Первым праздником в моём новом календаре стал Хеллоуин (Halloween). Быть в Америке и не праздновать его – почти акт сопротивления. Во-первых, этот праздник начинается задолго до тридцать первого октября. Уже в сентябре супермаркеты наполнились маленькими, большими, декоративными и съедобными тыквами. На кассах лежали конфеты в форме тыкв, полки пахли корицей, а где-то между стиральным порошком и шоколадом появилось словосочетание pumpkin spice. Казалось, вся страна постепенно окрашивается в оранжевый цвет.
