В любовных романах все красивые и стройные, а те, кто нет, – либо на задворках истории, либо страстно мечтают встроиться в общепринятую систему, как Бриджит Джонс. И да, я понимаю, что любящие люди всегда видят своих партнёров особенными и прекрасными. Но для читателя можно заморочиться и подобрать более интересные эпитеты и образы, чтобы ему было уютнее и проще «встроиться» в историю. Но нет, гораздо проще написать такое: «Никогда ещё я не видела столько его обнажённого тела, пышущего здоровьем, медово-золотистого, безупречного. Красивые линии ключиц и бёдер впечатляют» (Салли Торн, «Мой любимый враг»).
Вот как описывает героиню «Одного дня» Дэвид Николс, пусть и глазами почти влюблённого в неё юноши: «Рыжие крашеные волосы были словно нарочно плохо пострижены – наверняка сама постриглась перед зеркалом или эта работа Тилли, или, как её там, горластой толстухи, с которой она вместе снимала квартиру. Кожа бледная, лицо припухло – потому что слишком много времени сидит в библиотеке и пьёт слишком много пива в пабах. Очки делали её похожей на недовольную сову. Подбородок мягкий и слегка оплывший, хотя, наверное, это детский жирок...» Намного интереснее, и в голове выстраивается более точный и живой портрет, не так ли?