Быстрый дофамин: как я стала заложницей социальных сетей

Сафи Нугманова

3 июля 2026

На дворе 2014 год. На день рождения родители подарили мне мой первый сенсорный телефон – белый Samsung Galaxy. Кажется, тогда именно такая модель была почти у каждой девочки. Социальных сетей было всего несколько: все сидели на сайте «ВКонтакте», общались через Mail.ru Агент, а в Instagram ещё не существовало ни Stories, ни Reels. Мне было 11 лет, и главными развлечениями в интернете были паблики по фандомам, фотоигры вроде «Угадай участника One Direction по причёске» и обзоры смешных видео на YouTube. Хотя развлечений в телефоне было не так много, я всё равно умудрялась проводить всю ночь, уткнувшись в маленький экран, пока мама не начала прятать телефон перед сном, чтобы я не испортила зрение. Я дожидалась, пока все уснут, воровала собственный телефон обратно, а зрение всё-таки испортила. Ночами я читала и писала фанфики, знакомилась с людьми в интернете и играла в тамагочи Pou.

С тех пор всё сильно изменилось. Социальных сетей теперь десятки, мобильных игр – сотни, и почти все они бесплатные. Чтобы посмотреть подборку смешных видео, я уже не захожу на YouTube, а бесконечно листаю короткие эдиты по любимым сериалам. Это моё чистосердечное признание в том, что я в завязке с TikTok, в котором просидела почти восемь лет. До появления вещества под названием TikTok на рынке уже существовали его предшественники – Musical.ly и Vine. Люди снимали короткие развлекательные ролики и липсинки, но этот формат ещё не был массовым. Когда же появился главный игрок с большой буквы Т, люди постепенно начали втягиваться, пытаясь понять, что такого нового и необычного предлагает эта платформа. Спустя девять лет после запуска аудитория TikTok превысила миллиард пользователей, а сама платформа превратилась в многомиллиардный бизнес. Сегодня о ней знают буквально все: дети, подростки, взрослые и пожилые. Мне кажется, TikTok не знаком только тем, у кого вообще нет доступа к интернету, а таких людей остаётся примерно треть населения планеты.

С цифрами разобрались. А что насчёт зависимости? Для кого-то TikTok – место, куда можно зайти на несколько минут, расслабиться, разгрузить голову и посмотреть милые видео с котиками. Для других приложение становится источником полезной информации и действительно расширяет кругозор без ощущения впустую потраченного времени. Что касается меня, 10–15-секундные ролики самого разного содержания – будь то мемы об актуальных мировых событиях, тяжёлые новости из зон военных конфликтов или видео с обезьянкой, от которой отказалась мама, – стали для меня настоящим наркотиком. В первые годы у меня уходило всего один-два часа в день на просмотр видео в TikTok. Когда наступила пандемия, я проводила там уже по пять-шесть часов ежедневно, чтобы отвлечься от происходящего в мире, уединиться в доме, полном людей, и просто раствориться в эскапизме. Именно тогда я впервые осознала свою зависимость.

Я перестала выдерживать двухчасовые фильмы на обычной скорости и смотрела их только на ×1,25. Если же бралась за дорамы, то включала ×1,5 (дорамщики поймут, какими затянутыми порой бывают диалоги и сцены).  

Я пыталась хоть немного снизить нагрузку на мозг от быстрого и пёстрого контента и вроде бы начала рисовать, учить корейский язык по YouTube, чаще записывать мысли в дневник и стараться слушать музыку осознанно. Но «препарат Т» забрал и эту способность: песни в роликах менялись каждые несколько секунд. Позже TikTok увеличил максимальную продолжительность видео сначала до 30 секунд, затем до минуты, а теперь и вовсе до часа. Правда, концентрация внимания от этого лучше не стала.

Зимой 2023 года я впервые решила бросить TikTok, потому что поняла, что быстрый дофамин делает ситуацию хуже и заставляет хотеть всех этих коротких видео ещё больше. После удаления приложения я несколько раз хотела сорваться и скачать его снова. Казалось, будто всех пригласили на классную вечеринку, где происходит всё самое интересное, а я не могу прийти, потому что заболела и сижу дома.

Однако отдых от бесконечного потока картинок и информации был мне необходим. Кроме того, мне хотелось проверить собственную силу воли. Осознание того, что у меня совершенно отсутствует чувство меры, сильно било по самооценке. Без TikTok я продержалась около двух месяцев и впервые на собственном опыте почувствовала сильное FOMO (fear of missing out – синдром упущенной возможности). Мне казалось, что я пропускаю что-то важное и интересное, не понимала, над чем шутят друзья и что обсуждают люди в Instagram. Мне не хватало ощущения, что я тоже являюсь частью чего-то большого, пусть и довольно бессодержательного, и я решила вернуться. А после возвращения к бесконечному скроллингу всё началось заново. Вдобавок я обнаружила ещё одно последствие своей привычки – так называемый телефонный мизинец. Это неофициальный термин, которым называют небольшую деформацию или углубление на мизинце, возникающее из-за привычки подпирать смартфон снизу при длительном использовании. Кто бы мог подумать, что я, как потомок Чингисхана, обзаведусь не доблестными боевыми шрамами, а вмятиной на пальце из-за любви к телефону.

Сейчас мне 23 года, и проблема зависимости от социальных сетей, особенно от TikTok, всё ещё остаётся для меня актуальной. Каждую неделю с тихим ужасом я проверяю экранное время на телефоне: иногда цифра держится на четырёх часах в день, а в выходные я вижу пугающие восемь-десять часов. За эти годы мировые новости лучше не стали, как и моя рекомендованная лента. Сколько бы я ни пыталась настроить её под себя, тяжёлые новости всё равно появляются. Да и не реагировать на важные события я не могу, ведь иногда молчание – это тоже форма согласия. Один мой клик, лайк или репост может помочь привлечь внимание к истории о бытовом насилии или преступлении, которое по каким-то причинам не дошло до полиции или суда.

Иллюстрация на обложке: Венера Кан