Гульзада Ксан
26 июня 2025
Когда ты живёшь за пределами Алматы и Астаны, ты не выбираешь, а подстраиваешься. Я родом из Балхаша, и для меня inDrive – не просто приложение, а практически единственный способ доехать до дома. Дважды в год я открываю приложение, чтобы уехать домой из Астаны и вернуться обратно. В самом Балхаше этот способ передвижения тоже может быть единственным, если у тебя нет своей машины – другой альтернативы просто нет. Можно лишь выйти на улицу и просто голосовать.
Помню, как в первые разы пользования приложением я писала в комментариях «Поеду только с водителем-женщиной» и в итоге не получала ни одного звонка. Стало ясно, что выбирать некогда и нет возможности, нужно адаптироваться в имеющихся условиях. И я начала придумывать свои «механизмы безопасности»:
● Я спрашивала, будут ли другие женщины в машине.
● Проверяла, совпадают ли номер машины и имя водителя.
● Проговаривала имена своих старших и «важных» родственников, которых могут знать водители, в надежде, что они этого хотя бы испугаются.
● Садилась только вперёд, если в машине уже сидели мужчины.
Это была не паранойя, а стратегия выживания. Потому что быть женщиной в поездке – это всегда чуть больше, чем просто доехать.
Поэтому, когда я узнала, что компания inDrive не просто признаёт наличие проблемы, а собирает водителей на очное обучение, я по-настоящему обрадовалась. Классно, когда не говорят: «Ой, ты выдумываешь», «Қорыққанға қос көрінеді» или «Вот другие женщины едут же нормально без всяких вопросов».
Давайте начнём с того, что проблема небезопасных поездок – системная. Это не когда один водитель решил предложить оплатить поездку своим номером или же подпиской в Instagram (кажется, это самое безобидное, что они могут предложить). Это не когда один водитель вдруг решает, что может начать предлагать тебе выйти замуж за его сына, племянника или троюродного родственника. В общем-то, подобные кейсы постоянно повторяются. И проблема небезопасных поездок встроена в культуру, в ожидания и в молчание. И эта проблема не исчезнет, пока не начнёт меняться сама система. А изменить её можно только изнутри – через массовое обучение, диалог и обратную связь. Когда водителей не просто наказывают, а учат. Когда активистки вроде Айгерим Кусайынкызы сидят в одном зале с представителями платформы и водителями и все слушают друг друга. Это и есть начало трансформации: от страха к норме и от «ой, мне такой хороший водитель попался» к «по идее, так и должно быть».
В прошлом году компания inDrive уже проводила схожее мероприятие – были приглашены женщины-водители и пассажирки (мы тогда писали об этом). И очень радостно, что подобные мероприятия – не разовая акция. А ещё здорово, что в этот раз на мероприятие были приглашены и мужчины-водители. Хочется верить, что они пришли не потому, что надо, а потому, что действительно любят свою работу и хотят услышать обратную связь. Потому что размышляют о том, что происходит, как должно быть, и потому что хотят научиться чему-то новому.
Я уточнила у представителя inDrive, как они планируют масштабировать эти уроки для более широкой аудитории водителей, потому что тренинг на 50 человек это здорово, но как будто недостаточно – долго придется ждать заметных перемен. И тут меня приятно удивили. Компания inDrive планирует в ближайшее время интегрировать уроки по этичному общению между мужчинами-водителями и пассажирками в свое мобильное приложение и показывать их всем своим водителям в Казахстане. Это будет частью образовательной программы, которую все водители компании и так проходят, присоединяясь к платформе.
Ничего себе. У компании сегодня десятки тысяч водителей по всей стране. Если с помощью такой технологии можно достучаться до каждого из них и персонально, через его мобильный телефон, рассказать о допустимых и недопустимых манерах поведения, то это реально может изменить ситуацию к лучшему.
Вообще я недавно задумалась, как мы устраиваемся на работу и нам проводят onboarding по полной программе. Объясняют что можно, а что нельзя, дают почитать стопку документов или pdf-файлов и уделяют очень много внимания тому, как разговаривать или писать письма клиентам, коллегам или партнёрам. И мне очень интересно – существует ли подобная практика в ride-hailing? И если да, то есть ли отдельная секция, которая посвящена безопасности пассажиров? Речь не только о том, чтобы не попасть в аварию, а именно о том, как чувствуют себя в машине пассажиры – особенно женщины.
Я надеюсь, что после этого мероприятия всё, что говорили Айгерим Құсайынқызы, Молдияр Ергебеков, Сания Амангалина и Наргиз Жаксылыкова, команда inDrive использует максимально эффективно на практике и мы почувствуем этот эффект на себе, продолжая пользоваться сервисом.
Кантри-менеджер inDrive в Казахстане Арай Бекембаев
Ассоциированный профессор Международного казахско-турецкого университета им. Х. А. Ясави, член Экспертного клуба при Сенате Парламента РК Молдияр Ергебеков говорил не о правилах ПДД, а о том, как уважение встраивается в простые действия:
● приглушить музыку по просьбе пассажирки,
● не задавать лишних вопросов,
● сообщить близким о том, что происходящее сейчас, – важно, и объяснить, что менопауза – это не только про гормоны, но и про эмоциональные и физические изменения, к которым нужно относиться с уважением».
Молдияр Ергебеков напомнил, что эти простые действия – не клиентский сервис, а базовая этика.
Важную тему затронула на семинаре преподавательница Maqsut Narikbayev University и гендерная исследовательница Айгерим Кусайынкызы. Она подчеркнула, что харассмент – это не только физические действия. Он может проявляться в разных формах:
● сообщения в WhatsApp, высылаемые до поездки;
● комментарии в адрес пассажирки про внешность;
● навязчивые вопросы и пристальные взгляды во время поездки;
● сообщения, звонки и контактирование в социальных сетях после того, как поездка окончена.
Во время своего выступления Айгерим Кусайынкызы поделилась данными масштабного опроса – у 10 000 девушек спросили, чувствуют ли они себя в безопасности во время поездок на такси. 73% ответили «нет».
