Кризисный центр: один день социального работника
ЖИЗНЬ
Кризисный центр: один день социального работника
ЖИЗНЬ
Обсуждая проблему бытового насилия, мы задумались – кто эти люди, к кому в первую очередь обращаются те, кому нужна помощь? И решили посмотреть – как работает кризисный центр и как организован рабочий день социального работника.
Кризисный центр (один из тех, что действуют в Алматы) – это ничем не примечательный двухэтажный особняк, который похож на здание частного детского сада. Во дворе – детская площадка, на которой резвится детвора. В отдельном одноэтажном здании расположен офис центра, где нас и встретила Умит – одна из сотрудниц.

Умит – молодая хрупкая девушка с тихим голосом, совсем не похожая на социального работника, каким мы себе его представляли.

– Я из многодетной семьи и, наверное, этот факт сыграл большую роль в моей жизни, – говорит Умит. – После того как я окончила университет, я работала специалистом по социальным вопросам, после перевелась в акимат и начала работать с детьми с ограниченными возможностями. Спустя какое-то время Зульфия Мухамедбековна Байсакова – директор кризисного центра – пригласила меня на работу в кризисный центр. До этого я никогда не сталкивалась с вопросом бытового насилия.
– Мой рабочий день начинается в 9 утра. Я разбираю документы. Женщины поступают в наш центр в самое разное время, и первой их здесь встречаю я. После подключаются медицинские работники, психолог и при необходимости юрист. Мы часто сталкиваемся с женщинами, которые хотят получить развод, поэтому помощь юриста нужна практически всегда. Мы помогаем оформить документы.
– Однажды к нам в центр обратилась молодая девушка с тремя детьми, самому младшему из которых был один год. У них не было ни документов, ни дома, ни родственников, которые могли бы помочь. Девушка была гражданкой Молдовы, и в Казахстане у неё кроме гражданского мужа не было никого. Она вместе с детьми просто осталась на улице. У нас она прожила три месяца, мы помогли ей восстановить документы, связались через Москву с посольством Молдовы. В итоге она вместе с детьми смогла вернуться на родину.
– Если есть необходимость, в течение дня я выезжаю к семьям, в которых есть пострадавшие от бытового насилия, – это часть моей работы. Так как мы не знаем, как поведут себя родственники жертв, нас всегда сопровождает участковый.

Мы тщательно скрываем адрес нашего кризисного центра, так как безопасность наших женщин превыше всего. Но каким-то образом мужья, близкие узнают и приезжают к нам. Вчера один мужчина стоял в течение нескольких часов за нашими воротами, ждал свою жену. У них трое детей. После рождения третьего муж стал принимать наркотики. Жена стала неоднократно обращаться к нам, но каждый раз, когда муж приходит за ней, она уходит с ним. В таких ситуациях мы очень переживаем за женщин и детей. Часто дети не хотят уходить и просят нас не отпускать их. К сожалению, мы не можем ничего сделать, ведь это право самой женщины.
– С детьми мы рисуем, играем и просто разговариваем. Поступающие к нам дети часто запуганные и отрешённые. Поначалу они боятся даже наших охранников. В нашем центре есть психолог, он работает с детьми по несколько часов.
– Большую часть моего рабочего времени, конечно, занимает работа с документами. Даже в конце рабочего дня я всё время думаю о том, что мне ещё нужно сделать и не упустила ли я что-либо.

Я помню свой первый выезд. К нам поступила пожилая женщина, которую бил родной сын, отбирал пенсию и всячески запугивал её. Даже в тот момент, когда мы приехали к ним вместе с участковым, он на наших глазах пытался в очередной раз избить свою мать. Позже мы выдали этой женщине мобильный телефон Фонда «Линия Жизни», чтобы она могла звонить и звать на помощь в любое время. Оператор по номеру определяет ИИН, группу крови и все необходимые контакты человека. По требованию к жертве выезжает полиция.
– Мы всё время говорим о безопасном поведении, которое необходимо формировать всем, кто подвергся бытовому насилию. К примеру, если это повторялось неоднократно, человеку необходимо иметь копии всех документов, а оригиналы лучше всего спрятать. 30% людей, которые находятся здесь, прибыли без документов. Для их восстановления нужно оплачивать штрафы, пройти множество необходимых процедур. У нас есть возможность сопровождать подопечных письмом, и это облегчает всю процедуру. Без нашей помощи практически невозможно восстановить документы.
Фотографии и видео: Владислав Лян (reporters_kz)
M
Загрузить ещё