Мила Фахурдинова – про опыт прохождения випассаны

ЛАЙФСТАЙЛ
В новом материале на Manshuq Мила Фахурдинова подробно рассказала о том, как она сама себе поставила диагноз – «с жиру бешусь», и организовала десять дней молчания, тишины и медитации.
Мила Фахурдинова
4 февраля 2019
В жизни каждого человека случаются события, которые меняют ход личной истории навсегда. Обычно это брак, или рождение детей, или выбор университета и специальности. Мою жизнь полностью изменила випассана.

Про этот вид медитации я впервые прочла лет восемь назад, но что это такое – толком не поняла. Знала, что есть некие школы, основанные каким-то Гоенкой, и что можно туда приехать и научиться медитировать в полной тишине за десять дней.

Практики самопознания меня никогда не привлекали, но возможность молчать и не пользоваться гаджетами выглядела интересной. Периодически я натыкалась на отзывы тех, кому удалось поучаствовать, и даже держала сайт с расписанием курсов в постоянных закладках, но никак не решалась – находились тысячи причин, почему я не могу расстаться с привычной жизнью «аж на треть месяца» (причём поехать в отпуск или ещё какие подобные активности – это всегда пожалуйста).

Два года назад у меня случился личностный кризис. Внешне всё было благополучно, но, как в том анекдоте, ничто не радовало. Карьера казалась слишком вялотекущей, учёба не нравилась, дома тоже вроде бы всё было спокойно, но сказать, что всё хорошо, я не могла. К тому же прошёл год, как я переехала из Алматы в Москву – эйфория улетучилась, а стабильность ещё не пришла.

С каждым днём мне становилось всё хуже, друзья настоятельно рекомендовали своих психологов, но, к сожалению, в моём случае это не работает. Я – врач по образованию, плюс много и плотно занималась психиатрией и увлекалась психологией, поэтому мой единственный визит к специалисту выглядел примерно таким образом: «А почему вы у меня анамнез не до конца собрали? А разве здесь вы по протоколу не должны сказать следующее? Вообще, в данной методике полагается делать с клиентом вот это, вы что не знаете?!»

Я осознавала, что веду себя безобразно, но расслабиться и довериться специалисту не могла, а психолог чувствовала себя словно перед экзаменационной комиссией. Ничего у нас не вышло.
Практики самопознания меня никогда не привлекали, но возможность молчать и не пользоваться гаджетами выглядела интересной
Промаявшись так несколько месяцев, я сама себе поставила диагноз – «с жиру бешусь», и вдруг вспомнила про випассану. Их аскетичный свод правил казался если не панацеей, то хотя бы попыткой прислушаться к себе и заново полюбить жизнь со всеми теми благами, что она уже мне дала.

Я быстро нашла подходящий курс и уже через две недели сдавала свой телефон, книги и компьютер в камеру хранения при медитационном центре в Индии. При этом я боролась с совершенно иррациональным, но вдруг накрывшим меня страхом – руки тряслись, хотелось немедленно бежать без оглядки из этого райского местечка – горы, лес, важные павлины ходят туда-сюда, обезьяны и белки скачут по деревьям. Идиллия снаружи, но не внутри.

Мой мозг отчаянно не хотел оставаться без привычных развлечений.

Успокоить себя удалось лишь тем, что никто меня насильно не держит – я могу уйти в любой момент, а попробовать всё же стоит, раз я добралась в такую глушь за несколько тысяч километров от дома. И я осталась.

Все центры випассаны устроены схожим образом – не важно, где находится выбранный вами курс – в солнечном Марокко, технологичной Японии или беднейшем Бангладеше.

Небольшой домик на одного или двух человек, есть кровать, полка, душ и туалет. Горячая вода строго по расписанию – обычно с 6 до 8 утра.

Режим дня тоже весьма суров – подъём в 4:10, и до 9:30 вечера вы практически всё время медитируете, не считая трёх больших перерывов для приёма пищи и небольших десятиминутных брейков для справления естественных нужд.

Перед сном ещё есть просмотр часовой лекции, где довольно подробно и с переводом на любой язык мира вам расскажут суть практики, как она появилась, что нужно делать для лучшего результата и ещё много всего полезного. И так изо дня в день. Разнообразие – это не метод випассаны.

Помимо запрета на любые контакты извне, разговаривать, писать записки и даже смотреть друг на друга в центре тоже запрещено. То есть все десять дней ты остаёшься один на один с собой и своими мыслями. И это – то ещё испытание. Я по своей природе довольно дружелюбна, но на третий день у меня возникло стойкое ощущение, что все тут друг друга ненавидят (и меня – в первую очередь).

А как иначе – ранним утром проснуться в одной комнатушке и даже не пожелать доброго утра? Не улыбнуться при встрече? Не обнять, когда кто-то не выдержал собственных воспоминаний и заплакал?

Зомби! Я не хочу быть, как они!

Внутренний монолог не прекращался ни на секунду, и я сама себя вразумляла: «Люди просто следуют правилам и берегут личное пространство другого. В этом и есть их доброта и человечность. Осталось всего лишь семь дней. Семь дней».
Випассану практикуют и буддисты, и христиане, и мусульмане, и атеисты
Что же такое випассана и как она работает? Считается, что этот вид медитации открыл Будда Гаутама, сидя под тем самым деревом с твёрдым намерением достичь просветления и избавиться от страданий. Техника не привязана к религии или вероисповеданию, это не о боге, мистике или какой бы то ни было эзотерике.

Випассану практикуют и буддисты, и христиане, и мусульмане, и атеисты.

По сути, метод заключается в простом наблюдении за процессами, протекающими в теле, и осознанием их изменчивой сути. Вот здесь зачесалось, вот там заболело, тут ветер щекотит. Сейчас так, а через минуту – совсем по-другому. Всё течет, всё меняется – в каждую секунду ты уже не тот, что был мгновение назад.

А если ничто не вечно – зачем переживать по какому-либо поводу? Глубинное осознание и принятие этой мысли и вправду работает – проверено на себе.

Также випассана лично для меня подействовала ещё в двух направлениях.

Отсутствие контакта и информации извне заставило мозг «развлекаться» воспоминаниями. И обычно след оставляют не самые приятные моменты.

Вот, к примеру, я ехала на курс, и таксист меня обсчитал. Я это заметила, возмутилась, но денег он мне не отдал. Обидно? Обидно! И тут скучающий мозг начинает придумывать варианты, возвращаясь к этому инциденту снова и снова: «А надо было ему сказать, что сейчас полицию позовёшь!» – да-да, точно! И вот я полчаса представляю, как бы таксист испугался полицейских и вернул мне деньги. Потом рождается новая идея: «Надо было ему сказать, что твой муж сейчас придёт и побьёт его!» – да-да, классно, почему я так не сделала? Затем следующий вариант событий: «Да, он меня обсчитал, но это Индия – может, у него дома десять голодных детей сидят?» Картинки отца, кормящего всё своё семейство на украденные у меня сто рупий. И далее в том же духе. Вскоре все варианты ситуации передуманы и отработаны, мозгу становится скучно, и ситуация реально перестаёт тебя волновать и хоть как-то тревожить.

Идём дальше.

А вот мои отношения с Ленкой – блин, да она же не права! Поехали! В течение дня я в уме написала Ленке сорок писем, мы трижды поговорили, один раз поплакали, признали и разобрали – кто в каком месте накосячил, и вот и эта ситуация тоже пережита и перестала работать.

Следующая!

Таким образом, довольно быстро решаются все поверхностные проблемы и постепенно вылезают более глубокие травмы, которые ты даже не знал, что помнишь, или что они когда-либо происходили с тобой (я потом проверяла – это не болезненная фантазия, родители подтвердили).

За десять дней тридцать лет проработать, конечно, невозможно, но владея техникой – можно продолжить избавляться от травм дома или отложить их до следующего курса. Как бы там ни было – это, безусловно, эффект освобождения.

Второе направление, по которому для меня работает випассана, – это возврат контроля над мозгом. В конце концов, это такой же орган, как сердце, лёгкие или почки, он должен служить нам, выполняя свои функции, но в современном мире этот серый комочек окончательно захватил власть.

Мы бесконечно скролим ленты соцсетей и читаем по три книги одновременно – мозгу нужна информация. Едим много сладкого: простые углеводы – любимая пища мозга. Не пытаемся остановить поток мыслей, потому что мозгу так веселее.

По ошибке можно подумать, что мозг и я – это одно и то же. На самом деле – ничего подобного. Ум и сознание – разные вещи. Это лучше всего объяснить на примере страхов – когда ты понимаешь, что самолёт, или жучок, или закрытое помещение лифта не представляют никакой реальной опасности, но фобия накрывает, и ты уже не можешь дышать. «Я» все понимаю, но контролировать адреналиновые реакции не могу.

Почему?
Випассана – это точно не курорт, а сложная болезненная процедура
Так вот, випассана. Сидеть неподвижно в течение часа – это только звучит легко, а на самом деле – дико тяжело и больно. Уже через сорок минут ноги затекают – мозг боится, что кровь не поступает в конечности и им грозит гангрена. Но я же знаю, что ничего страшного не случится – через 15 минут я встану, разомнусь, и всё будет хорошо.

Мозг не слушает меня, и ещё через десять минут приходит боль – боль невероятной интенсивности: слёзы из глаз – это очень мягкое описание.

Я хорошо помню тот момент, когда мне впервые удалось всё же не поддаться импульсу и просидеть этот час неподвижно. Я чувствовала невероятную лёгкость – моё тело послушалось меня, и значит – я контролирую мозг, он становится послушным. Это настоящая победа.

День за днём становилось всё легче и легче, и сейчас мы исключительно в отношениях «он – подчинённый, я – решаю».

Никаких страхов, неконтролируемых эмоций, депрессий у меня больше нет. Тотальный контроль.

Надеюсь, так будет всегда.

Учась в университете, я писала большую научную работу по тоталитарным и деструктивным сектам, и хорошо разбираюсь в этом вопросе. Страх, что випассана окажется чем-то подобным тоже присутствовал.

Все курсы – бесплатны, в конце по желанию можно оставить пожертвование любого размера. И хотя никаких признаков сектантства я не наблюдала, после первого курса решила ничего не оставлять – было важно проверить и убедиться, что это правда безвозмездно, никто не будет на меня давить или требовать подношений. Так и получилось. За год между двумя курсами никто ни разу не написал мне с просьбой или предложением вернуться в центр, или прислать пожертвования, или сделать что-либо ещё в этом роде.

Випассана – это точно не курорт, а сложная болезненная процедура, но эффект того стоит. После первого курса я была так окрылена результатом, что рекомендовала ехать немедленно всем своим имеющим проблемы друзьям. Став более опытным пользователем, я понимаю – не каждому это подойдёт, плюс – не рекомендуется приезжать на десять дней, если вы в тяжёлом психоэмоциональном состоянии – просто можно не выдержать собственных переживаний.

К слову, мой второй визит в центр не был столь радужным – отработав поверхностные проблемы, в этот раз я углубилась в детство, и было очень тяжело – я почти не спала и рыдала нон-стопом все десять дней. Хорошо, что это позади.

Уверена, что и тот опыт был мне на пользу, но советовать кому бы то ни было пройти через подобные круги ада я не могу.

Только личный выбор и большая решимость каждого конкретного человека.

В современном мире кажется невероятным, что такое возможно. Однако реальность показывает обратное.

Сейчас випассана – неотъемлемый атрибут моей повседневной жизни: я практикую каждое утро и минимум раз в год стараюсь проходить десятидневный курс снова (только что закончился мой четвёртый ретрит). Я бесконечно благодарна технике и людям, которые мне её дали, за моё внутреннее спокойствие, за невероятный уровень концентрации и работоспособность, за осознанность каждого момента.

Как можно отчаиваться, когда не все «лекарства» ещё опробованы? Необязательно ехать в центр – научиться медитировать при желании можно где и когда угодно.

А если есть возможность обрести внутреннюю гармонию и счастье так просто, разве не глупо не попытаться использовать и этот шанс?
Иллюстрации Романа Захарова
M
Материалы по теме:
Читать ещё:
Загрузить ещё