Светлана Гамеза:
«Алкоголизм – проблема воспитания»
Аруна Амзеева
15 марта 2018
Предрасположенность к алкоголизму существует. Она обусловлена количеством фермента алкогольдегидрогеназа в организме. К примеру, японцы могут много пить и не пьянеть. А у казахов, у которых в питании практически не было овощей и фруктов, алкогольдегидрогеназы крайне мало, и вероятность спиться поэтому очень высокая. То есть можно говорить о генетической предрасположенности, но не о самом заболевании.
Когда ко мне обращаются с вопросом «Что же делать, если подросток начал выпивать?», я отвечаю, что подростка, своего ребёнка, надо любить. Алкоголики – это зависимые люди. Значит, рядом с ними живут созависимые. А что такое созависимость? Это гиперконтроль, недоверие, неумение принимать решения, брать ответственность, низкая самооценка. К примеру, вместо слов одобрения ребёнок постоянно слышит «посмотри, какие дети у соседей, а ты?» В итоге он идёт искать компанию, где его примут. Ребёнок, которого любят, не станет алкоголиком.
Работа в группах – это само- и взаимопомощь. Я пробовала работать с алкоголиками индивидуально, у меня не получилось. Поэтому я рекомендую группы. Если работа в группе выстроена правильно, участники обмениваются контактами, и когда им плохо, звонят всем подряд. С одним пять минут поговорит, с другим две минуты, и это помогает.
Группы анонимных алкоголиков самоорганизуются, они ни от кого не зависят – ни от организаций, ни от спонсоров, сами себя содержат. Это принцип, на котором всё построено: взять ответственность за себя на себя. Меня приглашают в группу как психолога, я по субботам веду семинары, и это только по желанию группы.
А по стандартам ВОЗ, человек, который раз в месяц выпивает 100 граммов алкоголя, уже алкоголик.
Тэги: здоровье, психология
