ЖИЗНЬ

Мастерица по вышивке Мунира Акилова: «В сюзане каждой мастерицы есть свой замысел»

В рамках совместного проекта Европейского Союза и ЮНЕСКО по Шелковому пути мы продолжаем рассказывать о ремёслах Центрально-Азиатского региона. О своём пути от экономиста до дизайнера, который занимается развитием и возрождением ремёсел на севере Таджикистана, рассказала мастерица по вышивке Мунира Акилова.
Мехрангез Турсунзода

23 июля 2020

На фото: Мунира Акилова
Своё ремесло я не получила в наследство от старших поколений. И у меня нет специального образования. Я училась в пятом классе, когда учительница по труду заметила мою способность к вышиванию гладью и решила помочь мне развить эти навыки. Она научила меня двусторонней вышивке гладью. Тогда и родилась моя любовь к этому ремеслу. Поначалу я шила платочки, а к 2000 году я уже вышивала картины.


При этом я с детства была знакома с иглой. Бабушка моя шила, а мама работала в университете и в свободное время занималась кройкой и шитьём одежды. А вышивку я освоила сама.

Искала специальные книги в магазинах, выискивала старые книжки на базарах – по ним и училась
Родилась я в Худжанде, окончила местную школу № 24, а после – Худжандский государственный университет по специальности «экономист». Долгое время я преподавала в вузах, читала лекции по макро- и микроэкономике, стратегическому управлению и логистике. Но в 2013 году решила приостановить свою преподавательскую деятельность и посвятить свою жизнь делу, которое приносит мне настоящее удовольствие.


Одной из причин моего ухода из преподавания были проблемы со здоровьем. Почему я выбрала именно вышивку? Потому что именно она мне помогала. Я убедилась в целительной силе арт-терапии на собственном опыте. В том же году я поступила в университет на специальность «дизайн и графика». Сейчас ещё работаю экспертом в области туризма и ремесленничества в Ассоциации развития туризма Зерафшана. Мне в этом помогают мои экономические знания, опыт преподавателя.

Сюзане – одно из самых характерных крупных таджикских вышитых изделий. Это настенный ковёр, который вышивают гладью шёлком или мулине и который занимает важное место в украшении жилища.


Раньше матери и бабушки, создавая сюзане, «вышивали» пожелания своим дочерям. В вышивании сюзане женщины обязательно оставляют кусочек недошитого полотна – для того, чтобы юная мастерица смогла продолжить вышивание, приложив руку к практически законченному творению более взрослых вышивальщиц. Эта народная традиция – не только про преемственность поколений, это и своеобразное пожелание, чтобы свадьбы в семье не прекращались никогда.

В 2000-х я училась в США и однажды вместе с группой посетила индийскую резервацию, где познакомилась с одним индейцем, который рассказал о значении цветов в их культуре, об орнаментах. И когда я вернулась домой, у меня возник большой вопрос – а что означают те или иные цвета в нашей культуре? О чём говорят орнаменты? С того времени я начала самостоятельно собирать информацию, искать материалы в самых разных источниках. Я и до сих пор очень интересуюсь символикой, орнаментами и скрытыми в них смыслами. Это очень любопытно – какой посыл имеет та или иная работа вышивальщицы.

Традиции сохраняются лучше в регионах, чем городах. Например, в Пенджикенте сохранена большая вышивка сюзане, потому что в этом регионе сюзане – это обязательная составляющая приданого. В Урметане, в маленьком кишлаке в Айни, где в рамках одного из проектов был создан центр по вышиванию, до сих пор ткут безворсовые ручные ковры шол. Потому что и здесь такой ковёр – обязательный атрибут приданого невесты. То есть ремесло сохраняется через соблюдение традиций.

Техника вышивки сюзане в каждом регионе Таджикистана и даже в каждом кишлаке своя. Особенно разнообразна вышивка сюзане, выполненная в окрестностях Пенджикента.


В сюзане важны не только точность стежка, но и выбранный орнамент, и цвет. Например, красный цвет означает огонь, коричневый – землю, белый – воздух. И непременно в вышивке одна линия должна быть не завершена в знак того, что идеальную вещь может создать только Бог.


В Пенджикенте создают уникальные узоры ситора – они напоминают звёзды на небе. Также можно встретить элемент панджа, его изображают в узорах для отвода беды и от сглаза.


Но, к сожалению, очень многое искажается. Наши мастерицы не интересуются символикой. Например, если посмотреть ковры, которые шили наши бабушки, и то, что ткут сейчас, – это небо и земля. Начиная от обработки и крашения самой шерсти до качества и деликатности рисунков – разница огромная. Сейчас мы говорим про эру технологии, но, к сожалению, такой парадокс – технологии развиваются, а качество ручной работы ухудшается. Многое теряется.


Или, например, есть разница между женскими и мужскими символами. И часто люди, не зная, используют женские символы в мужской одежде. Или символы используются там, где их не должно быть. К этому нужно относиться очень серьёзно.


Именно поэтому во время тренингов, которые мы проводим в нашем центре «Армугон», мы в обязательном порядке проводим занятия по разработке продукции, формам рисования и истории орнаментов, чтобы люди знали – что они вышивают. 

Основное отличие всей нашей продукции – это дизайн.

В каждой работе есть своя символика, свой замысел
Другая наша сильная сторона – это история, которая есть в каждой нашей вещи. Ещё на стадии разработки мы обращаем внимание на то, что именно мы хотим передать своей работой. Например, в коллекциях «Лола» и «Горы» за основу взята роспись древнего Пенджикента. Или «Анор» (гранат), которая предрекает многодетность в семье, а «Каламфур» (перец) оберегает от злых глаз. Коллекция «Точикам», которая была представлена год назад в Душанбе, Узбекистане, Италии, посвящена орнаментам регионов Таджикистана.


Нашим мастерам нужно больше ходить в музеи, нужно создавать собственную базу орнаментов своего ремесла, а потом кружиться вокруг этого. Не надо кого-то копировать.


На своих тренингах по ремесленничеству я всегда говорю, что сегодня люди покупают не вещь, они покупают истории. И люди хотят знать историю реальную, а не выдуманную.

Ремесленничество не очень дружит с бизнесом в его сегодняшнем понятии. Поэтому нужно правильно решить, что ты хочешь – делать бизнес или сохранить традиции? Что для тебя ремесленничество – просто производство продукции или процесс возрождения истории?


В 2014 году ремесленный центр «Армугон» подал заявку на получение сертификата качества от UNESCO. Это стало основой для выхода на международные рынки, у нас появились постоянные партнёры. Кроме того, команда нашего центра не раз участвовала в самых разных ярмарках и выставках. Спрос на продукцию есть, но всем известно, что ручная работа – это недёшево. Вся продукция, которая производится нами, очень высокого качества. 


В ноябре прошлого года с авторскими работами я приняла участие во II Ташкентском Международном биеннале прикладного искусства. Среди мастеров из 13 стран я заняла первое место. С вышивкой конкурировать очень сложно, я сама вообще не ожидала. Очень горжусь этой победой.


2018 год президентом Таджикистана был объявлен Годом развития туризма и народных ремёсел. Именно тогда и появилось много мастериц. 

Был бурный подъём, много чего люди достали из сундуков – старые ручные работы, сюзане для невест, которые передавались из поколения в поколение и превращались в семейные реликвии, и представляли всё это на разных выставках
Рынок ремесленной продукции был богатым, но продукция оставляла желать лучшего качества. Тогда, учитывая рынок и наш опыт, мы решили сделать ставку на производство продукции более высокого качества. И мы не промахнулись.


 

К нам в мастерскую как-то пришла женщина, которая не могла родить ребёнка. Шить она не умела вообще. Когда я давала ей задания, все цвета, которые она выбирала для вышивки, были тёмными, все работы получались тёмными. Мы много говорили с ней о проблемах и влиянии цвета на подсознание человека. Постепенно всё начало меняться – как внутренний мир, так и работы. Благодаря ремеслу у неё элементарно появилась на лице улыбка. Со временем она смогла купить себе швейную машинку и сейчас продолжает шить и вышивать в Пенджикенте. 

Мне отрадно, что творчеством можно помогать нашим женщинам
Во время тренингов я вижу простых женщин – они привыкли работать на земле, картошку сажать или заниматься домашним хозяйством, они никогда не шили и не вышивали, у них была монотонная жизнь. И когда я общаюсь с ними, провожу занятия, они начинают вышивать, первые работы выходят кривые, а потом начинает что-то получаться, и я вижу, как они вдохновляются, как появляются блеск и свет в глазах.


Сейчас я работаю над книгой, цель которой – возродить изготовление традиционных таджикских тюбетеек. В каждой тюбетейке есть схема – как сделать. Надеюсь, до конца года она будет опубликована. Другая моя цель – мои авторские сюзане. Я планирую расшить несколько работ для своей авторской выставки. Но самая заветная мечта – создать центр эстетического образования, чтобы люди приходили к нам заниматься самым разным творчеством.

Материал подготовлен в рамках проекта «Коридоры наследия Шелкового пути в Афганистане, Центральной Азии и Иране – международные аспекты Европейского года культурного наследия», реализуемого ЮНЕСКО при финансовой поддержке Европейского Союза
Иллюстрации Романа Захарова
M

Читать также: