ЖИЗНЬ

Мила Фахурдинова: «Неравнодушие способно спасать»

Во время учёбы в медицинском университете автор Manshuq Мила Фахурдинова занималась в кружке психиатрии и одну из научных работ посвятила изучению подросткового суицида. А ещё Мила сталкивалась с суицидом, когда сама была подростком. Мысли и рассуждения на эту непростую тему – в её новой авторской колонке.
Мила Фахурдинова

1 ноября 2019

Когда я училась классе в девятом, внезапно все мои одноклассники стали дружить с пацаном из пятого класса. Это было странно – обычно все тянулись к более взрослым, а «тусоваться с щеглами» было не круто.


Не знаю, откуда он вдруг взялся – всегда был и просто подрос или перешёл в нашу школу из другой. Мальчишка был невероятно смешной и всегда весёлый, вообще не стеснялся старших, имел по каждому вопросу своё мнение, защищал слабых и был душой компании.


Это сейчас мы не смотрим на возраст собеседника, но тогда, чтобы дружить не с ровесниками на равных – ты должен был быть по-настоящему незаурядной личностью.


Ваня и был. 

Особенно почему-то запомнилось, как он иногда стоял у входной двери перед первым уроком и за руку приветствовал всех входящих учеников и учителей, про каждого говоря какую-нибудь шутку с важным видом, будто это его собственная школа и, разумеется, он тут самый главный. Это было забавно и поднимало настроение на весь день. 


В конце зимы Ваня куда-то пропал: его не было видно около недели и по школе поползли разные слухи. Я не верила, думала, что просто приболел или прогуливает, но вот в один из дней директор собрала на линейку все классы и сообщила, что «Ваня ушёл из жизни. Выпил уксус после ссоры с родителями».


Его поступок не был экзальтированным или на эмоциях: пацан жил в нищете и семье алкоголиков, делал всё, что мог, для них и всячески скрывал своё неблагополучие от посторонних. Отец регулярно избивал его, про мать даже писать не хочу.


Ребёнок просто устал бороться. 

Отдел ювенальной полиции

Звонить: +7 (727) 254 4531


Основная задача школьных инспекторов полиции – профилактика правонарушений среди учащихся, обеспечение безопасности детей в учреждениях образования. 

В конце зимы Ваня куда-то пропал

Мы все вроде как и переживали и не переживали за то, что жизнь Вани оборвалась так внезапно: кто-то плакал, кто-то «загонял респект, что чувак сам выпилился», кто-то делал вид, что ему всё равно. Я, скорее, относилась к третьей категории и публично никак о происшествии не высказывалась, с мамой (несмотря на наши тёплые и доверительные отношения) трагедию не обсуждала и вроде продолжала жить, как и раньше.


Но было ли это так на самом деле?


Подростковая психика суперлабильная и нежная, но при этом внешняя оболочка часто не даёт чувствам просачиваться вовне. Проявлять слабость – это больше про детство, а мы уже все стремились казаться взрослыми. Не знаю, как дела в школах обстоят сейчас, но тогда ни с кем из нас психологической работы не проводили, и переживать случившееся мы были вынуждены собственными силами, чаще в одиночку. 

Проявлять слабость – это больше про детство, а мы уже все стремились казаться взрослыми
Я никогда не связывала свои суицидальные мысли того периода со смертью Вани – у него одни проблемы, у меня – другие. Но он будто показал нам всем выход – можно не страдать, можно просто убить себя.


Страшно.


Удивительно, что эта смерть не повлекла за собой другие в нашей школе.


Или просто я не помню?

«Национальная телефонная линия доверия для детей и молодежи»

Звонить: 150, +7 771 494 1695, +7 777 777 7777 

Писать: https://telefon150.kz/


Позвони, если проблемы с родителями, в школе или просто не с кем поговорить.


Национальная телефонная линия доверия существует для оказания медико-психологической помощи подросткам и молодёжи, оказавшимся в затруднительной ситуации. 

В студенчестве я занималась в кружке психиатрии, за время обучения там нам следовало написать по две научные работы. Когда руководитель спросила, над какой темой я бы хотела поработать («Мила, выбирай тщательно – ты посвятишь этому год своей жизни и отдашь почти всё свободное время!»), я, нисколько не задумываясь, ответила, что хочу изучить подростковый суицид. Более мрачную тему придумать было сложно, и преподаватель долго меня отговаривала.


Но – безуспешно.


Ту научную работу я писала более десяти лет назад, и она нигде, кроме кафедры моего университета, не сохранилась. Несмотря на то что перечитать я её не могу, самое главное засело в моей голове навсегда.


Например, то, что Казахстан занимает лидирующее место по количеству самоубийств среди несовершеннолетних (есть вопрос к тому, по какому принципу проводится подсчёт, но тем не менее). Гуглю – сейчас мы не на первом, а на втором месте (после Гайаны – где это?), но общее число детей, убивших себя, выросло почти в два с половиной раза!


Нельзя сказать, что информация сильно меня удивила. Суициды – это как лавина: один влечёт за собой пять, пять – двадцать. Я это всё испытала на себе ещё тогда, после Вани. 

Чем тщательнее мы скрываем, тем сильнее возникает любопытство

«Кризисный центр для жертв

 бытового насилия»

Звонить: +7 (727) 243 2221, +7 (727) 267 4078

Плюс мода: только ленивый не слышал историю Рины, «ня!пока» и культа вокруг её «смелости». 


Что же делает государство, чтобы как-то снизить эту ужасающую статистику? Запрещает упоминать о новых случаях в СМИ.


Простите, но это смешно – напоминает детство, когда ладошками закрываешь глаза, и вроде как если я не вижу никого, то и меня никто не видит. Информация имеет тысячи каналов распространения, и это не только интернет или телевидение: школьники рассказывают друг другу, приукрашая и добавляя вымышленные подробности.


А замалчивание порождает всё больше и больше домыслов.


Принципы подростка пока не сформированы, мораль плавает, и идеалы меняются часто в угоду толпе. Но чем тщательнее мы скрываем, тем сильнее возникает любопытство.


О проблеме важно говорить – в социальных сетях, школах, семье. Объяснять ребёнку, почему даже думать о таком опасно, рассказывать, почему убивать себя «не круто», гарантировать поддержку и дружеское плечо, что бы ни происходило.


Будучи подростком, я сама несколько раз задумывалась о том, чтобы уйти из жизни (в основном из-за разногласий с подружками и бурлящих гормонов), но всегда останавливала мысль о маме: как сильно она меня любит (хотя тогда казалось, что совсем не понимает) и что ей после моей смерти будет даже хуже, чем мне сейчас. А я этого допустить никак не могу! 

О проблеме важно говорить – в социальных сетях, школах, семье. Объяснять ребёнку, почему даже думать о таком опасно

«Центр психического здоровья»

Звонить:  

●Психиатрическая служба: +7 (727) 376 5660

●Наркологическая служба: +7 (727) 382 3462

●Телефон доверия: 1303, +7 708 983 2863


Писать: http://cpzalmaty.kz/ru/ cpz.sekr@gmail.com


Единый медицинский call-центр работает круглосуточно и бесплатно. В центре поддержки пациентов Алматы можно получить консультацию по медицинским вопросам, информацию о поликлиниках, стационарах и врачах, консультацию психолога. 

Распространено заблуждение, что тот, кто по-настоящему хочет себя убить, никогда об этом не скажет, а те, кто сообщают, – просто манипуляторы. Это неправда!


98% детей, совершивших самоубийство, неоднократно говорили родителям и друзьям о своих намерениях!


Но как понять – это шантаж без основания или действительнокрик о помощи? Тут разобраться поможет только специалист, но что необходимо запомнить: такие фразы нельзя игнорировать!


Причём намерение может быть озвучено по-разному: в шутку, вскользь, в доверительной беседе.


Если кто-то из близких вдруг поднял эту тему – срочно к психологу! И максимальное присутствие в его жизни! Больше болтать по душам, регулярно звонить, вытягивать его на прогулки. НЕравнодушие способно спасать!

98% детей, совершивших самоубийство, неоднократно говорили родителям и друзьям о своих намерениях
Когда я работала над той научной работой, мы много общались с родителями детей, которые убили себя. Чаще всего – это обычные любящие семьи, ничего маргинального. То есть причина не всегда в близких и не всегда самоубийство можно предотвратить. Но своевременно оказанная помощь психолога и поддержка семьи, выявление причин, побудивших на столь отчаянные мысли (болезнь, буллинг, любовь и тому подобное), и работа с ними, на мой взгляд, способны спасти не одну детскую жизнь.


Было бы здорово, если бы школьные психологи общались о суицидах не только с детьми, но и обязательно с родителями. Если такой опции в вашей школе нет – обязательно нужно поднять инициативу на собрании или в родительском чате.


Телефон службы доверия для подростков должен висеть на каждом информационном стенде, на каждом этаже учебного заведения. 

НЕравнодушие способно спасать!

«Дом мамы»

Звонить: 8 800 080 7771, +7 747 311 4109  


Писать: http://www.dom-mamy.kz/


Кому здесь могут помочь – молодым девушкам (до 30 лет) на третьем триместре беременности либо девушкам с ребёнком до 18 месяцев, которые оказались в трудной жизненной ситуации и намеревались отказаться от ребёнка. Какую помощь оказывают: проживание в «Доме мамы», психологическая поддержка, медицинская помощь, восстановление документов, оформление пособий. 

Спасти ребёнка могут не только взрослые, но и его сверстники. Для этого тоже нужно проводить беседы и выдавать листовки – на какие тревожные слова стоит обратить внимание при общении с другом и что делать, если был совершён суицид.


Для человека нет большего проклятия, чем пережить собственного отпрыска. И когда умирают дети – часто «умирает» вся семья: матери выплакивают глаза, пока не загонят себя в могилу, отцы прикладываются к бутылке, пока не загонят себя в могилу, все терзаются огромным чувством вины и одиночества.


Забота о психическом здоровье несовершеннолетних должна быть прерогативой государства номер один. Не повышать рождаемость, а сохранять уже имеющиеся жизни.


Но пока на государство надежды мало. Она вся – только на нас. 

«НемолчиKZ»

Звонить: +7 705 151 0000


Писать: nemolchikz@mail.ru


Здесь оказывают защиту и дают поддержку жертвам сексуального насилия. 

Иллюстрации Романа Захарова
M

Читать также: