6 июня 2023
Несмотря на то что в каждом регионе своя обстановка и свой контекст, в разговорах с театральными профессионалами оказалось много пересечений, в том числе таких, которые кроме как судьбоносными не назовёшь. Да и само слово «судьба» звучало чуть ли не в каждом интервью, когда мои респонденты рассказывали о своей работе.
Про эти объединяющие вещи я и хочу рассказать: о том, что отличает региональный театр от столичного и при этом наделяет первый некоторым количеством преимуществ. Во всяком случае, развитие театра в маленьких городах – это в последние годы тренд, а не исключение. Убедилась лично.
Ловить ритм и получать удовольствие
И именно в областных театрах я так часто слышала о том, как важно формировать зрительское комьюнити. В Акмолинском областном русском драмтеатре, например, такую работу ведут уже много лет: здесь аж четыре сцены – основная, экспериментальная, детская и андеграунд в подвале. Каждый найдёт себе что-то по интересам.
В Темиртауском ТЮЗе публику приглашают в буфет не на кофе, а чтобы вместе с артистами приготовить какое-нибудь блюдо и сразу же съесть – всё это под театральные байки. В театре имени Кожамкулова в Жезказгане на площади перед театром проводят концерты и уличные выступления.
Патриотизм решает
Из «коренных», к примеру, Мария Сигал – соосновательница единственного в Караганде независимого театра «Наскальный кит». Рассказывает, что у неё и её семьи несколько раз срывалась возможность уехать из Караганды, в том числе и на постоянное место жительства за границу. И они решили – значит, это судьба. И ещё это значит, что если жить в родном городе, то нужно делать его лучше. Поэтому «Наскальный кит» и его друзья создают вокруг себя и театр, и лекционные образовательные проекты, и выставки, и приглашают на гастроли театры из других городов.
Досхан Сакен, директор театра имени Кожамкулова, переехал в Жезказган из Алматы летом 2020-го. И за три года стал настоящим патриотом региона: в Улытауской области мне показали не только театр, но исторические достопримечательности области. Потому что для тех, кто уже (или вообще) считает себя местными, важно создавать точки притяжения в свой регион не только внутри театра.
Деньги: не благодаря, а вопреки
Поэтому те, кто остаётся работать в театре, берут на себя дополнительную нагрузку: совмещают актёрскую работу, например, с другими должностями в театре (с кадрами в этой сфере, особенно в том, что касается административной и технической работы, обычно беда) или подработкой. Директора в регионах рассказывают, что артисты из театра иногда уходят: кто – вести мероприятия, кто – вообще работать на завод или таксовать.
Заниматься творческой работой в Казахстане – это точно не про коммерческий успех, это про амбиции, самореализацию и ещё про то, о чём в следующих двух пунктах.
Провинция как возможность для эксперимента
Алмат Шарипов, к примеру, был штатным режиссёром в театре Ауэзова в Алматы, но за время работы ему не удалось выпустить ни одного спектакля. Сейчас он главный режиссёр театра Хадиши Бокеевой в Уральске, его спектакль я увидела на фестивале в Актобе. И он получил специальный приз жюри.
Художественный руководитель Актюбинского театра имени Ахтанова Мейрам Хабибуллин год назад запустил проект «Текемет» – переделал один из театральных кабинетов в камерную площадку на тридцать зрителей и начал ставить там экспериментальные спектакли. Этой весной «Текемет» вышел уже на большую сцену театра и за год обзавёлся фан-клубом.
В Кокшетау при Акмолинском областном театре работает продюсерский проект – театр Beisal. Это труппа, состоящая из семи выпускников столичного института искусств, которая много работает с приглашёнными режиссёрами, в том числе иностранными, и постоянно гастролирует.
Эксперимент с приглашением режиссёров практикуют и в Жезказгане: директор говорит, что в маленьком городе меньше внимания к тому, что создаёт театр, поэтому нет страха допустить ошибку. В столицах в этом смысле больше и бюрократии, и шансов нарваться на деструктивную критику.
Театр – это про любовь
Худрук Карагандинского театра имени Сейфуллина Айдын Салбан говорит, что любит театр настолько, что бросил ради него работу врачом. Когда мы встречались в апреле, он воодушевлённо рассказывал, как мечтает, чтобы при театре официально открылась кукольная труппа – и в начале июня это уже произошло. Потому что ко всем начинаниям он прикладывает много любви.
Любовь у всех выражается по-своему: у Досхана – в намерении скорее отремонтировать в театре крышу, потому что в межсезонье она протекает, у Мейрама – в желании создать методологию нового казахского театра, у Марии – не повышать цены на билеты для зрителей, даже если приходится работать в убыток себе.
Любовь – иррациональна. А ещё её всегда видно. «Тут театр» позволил мне и моей аудитории узнать много про казахстанский театр, но главное – увидеть и почувствовать ту самую любовь.
