Что это? Откуда? Пережитки советского прошлого, той неофициальной стороны общества, где царили зоновские порядки и кодексы, когда девизом было «Не верь, не бойся, не проси», и извинения были признаком слабости, непростительной ошибкой, которая могла стоить статуса, а то и вовсе жизни? Патриархальный уклад жизни, где «на обиженных воду возят», и на нанесённое оскорбление была только одна управа: кулаком в морду? А если не было у тебя сил, желания драться или тупо не было кулака, в результате травмы, например, – так и живи себе без извинений. Для таких вот, беззащитных, в этом полулагерном лексиконе даже термин есть – «терпила». Терпи, терпила, если силой не можешь выбить из оскорбителя дурь.
Этот странный настрой настолько въелся в ДНК общества, что даже внешне безусловно культурные, воспитанные, приличные люди внезапно ведут себя как упёртые заключённые, понимающие, что за «извините, был неправ», тебя могут сослать в угол, к параше.
Это чувствуется везде. Депутаты и министры несут несусветную ересь иногда, оскорбляют своих сограждан и даже целые категории своих сограждан. И я не припомню ни единого слова официальных извинений. Извиняются персонажи, вознесённые до вершин власти, только в одном случае: когда их свергли с олимпа и они уныло сидят на скамье подсудимых. И даже тогда извиняются все как один в первую очередь перед президентом Назарбаевым. Как будто у него крали деньги, а не у народа, как будто ему в ущерб плодили коррупцию и непотизм.
Особенно тревожно и неприятно наблюдать отсутствие культуры извинений в творческой среде. В прошлом году одна компания, занимающаяся продажей авиабилетов, выпустила сексистский ролик, по-настоящему оскорбивший тысячи женщин по всему Казахстану, – прозвучало ли хоть одно осмысленное, искреннее слово сожаления? Нет. На днях мужской журнал в рекламных целях создать небольшой хайп запустил бестактный и хамский флешмоб – осознали ли свою ошибку работники редакции? Отнюдь нет. И делают это люди, в образованности и уровне культуры которых сомневаться не приходится (не приходилось ранее – как минимум). Единственное, на что они способны, – это выдать кривое и лживое «ну, простите», смысл которого сводится: «Ну простите, что у вас с чувством юмора всё плохо».
Я никак не могу понять до конца механизмы, стоящие в этом отстаивании своей правоты даже тогда, когда сам, в глубине души, наедине с самим собой, понимаешь, что неправ. Что проштрафился и маху дал. Мои родители и мои книги воспитывали меня иначе.