ЖИЗНЬ

Личная история: как одна семья старается сохранить казахское искусство

В новом материале спецпроекта «Ремесло Центральной Азии» – история ремесленницы из Шымкента Мадины Ахметовой, которая этой осенью стала победительницей конкурса Born Nomad в номинации «Традиция», а также история её семьи, в которой все – художники. 
Карина Сеилова

2 декабря 2021

В нашей семье – семь художников. Кто-то занимается войлоком, кто-то гобеленами, дедушка с бабушкой – живописью. Сёстры супруга занимаются дизайном интерьера и одежды. Мы живём в Шымкенте, и здесь у нас есть своя галерея.


Уже в колледже я начала принимать заказы – наша преподавательница Раушан Бапанова брала заказы, и мы работали у неё. Я работала после учёбы и на каникулах, и именно этот опыт был для меня очень полезен – я поняла нюансы работы на практике. Моя первая зарплата была 17 тысяч тенге, и как же я была этому рада!


В школе я очень любила рисовать, при этом не ходила на дополнительные занятия и не училась в художественной школе. И я очень рада, что, когда выбрала поступление в Колледж искусств и дизайна им. А. Кастеева на специальность «ковроткачество», мои родители меня поддержали, папа даже поехал со мной. В итоге я смогла поступить на грант.

В колледже я научилась ткать гобелены, рисовать, создавать композицию. После колледжа вышла замуж и попала в семью художников. Наши дедушка и бабушка учились в этом же колледже, потом мы с мужем. После колледжа поступила в Казахско-турецкий университет им. Яссауи, где также выиграла грант на обучение ткачеству. С тех пор и началась моя творческая деятельность, я начала работать в этой сфере, участвовать в выставках.


После замужества я перестала брать заказы и начала создавать большие картины, которые я выставляю. Творчество ведь занимает много времени, я подумала: «Чем создавать для других, лучше я потрачу время на произведения собственного авторства». Одну большую работу я делаю примерно три месяца.


Мы с супругом участвуем в ярмарках, выставляя свои работы. В Турции я побывала на фестивалях в Конье, Анкаре. Участвовала во Всемирной выставке тюркских орнаментов в Казани, ездила в Ташкент, Туркмению, а также в Индию на мировой саммит мастеров Keivalam. После победы в конкурсе «Шебер» мы ездили в Малайзию, работы там не выставляли, зато общались, обменивались опытом с другими мастерами. В этом году моя работа также победила в конкурсе «Шебер», а потом ещё я взяла первое место в номинации «Традиция» на конкурсе Born Nomad.

Личная история: как одна семья старается сохранить казахское искусство
Личная история: как одна семья старается сохранить казахское искусство
Проект Born Nomad направлен на возрождение и популяризацию казахского наследия, продвижение традиционных ремёсел на зарубежных рынках и поддержку женского предпринимательства. Организаторы – Посольство США в Казахстане и Национальная палата предпринимателей РK «Атамекен». Проект стартовал летом этого года, и в общей сложности в нём приняли участие 2000 ремесленников со всей страны.


«Born Nomad будет пробивать для наших ремесленников зелёные коридоры на глобальные рынки. Чтобы ремесленники могли успешно конкурировать, сейчас самая важная задача – помочь запустить бренды казахстанских ремесленников и создать ремесленный продукт по международным стандартам», – говорит директор проекта Айка Алеми.


Завершением проекта стал масштабный форум и фестиваль, которые прошли осенью в Туркестане. Тогда же были объявлены имена победителей в шести номинациях: «Традиция», «Новаторство», «Женщина-ремесленник», «Молодой талант», «Ремёсла в 3D», а также «Креативная коллаборация». Мадина Ахметова заняла первое место в номинации «Традиция».

Сегодня я каждый день делаю какое-нибудь изделие из войлока. К нам на практику постоянно приходят студенты из университета, с некоторыми из них мы работаем совместно, обучаем. Некоторые студенты приходят, с большим интересом вовлекаются в процесс и за месяц набираются опыта – нашей профессии можно обучиться только на практике.


Творчеством я занимаюсь круглые сутки. При этом у меня пятеро детей. Раньше приходилось постоянно выискивать время – в любой свободный момент я ткала. А сейчас они уже взрослые, поэтому мне работается проще. Старшая дочка, кстати, тоже на следующий год поступит в тот же колледж, в котором училась я, – хочет изучать дизайн интерьера.

Последние два года я работаю в полную силу, делаю эскизы для новых больших полотен. Это тоже занимает много времени – чаще всего я сижу и придумываю по вечерам. После того как нарисую эскиз, обычно обсуждаем идею с семьёй, что-то поправляем. А потом уже готовый эскиз увеличиваем и занимаемся непосредственно ткачеством.

Наверное, этим мы и отличаемся от других семей – у нас все стремятся продолжать ремесло
У нашего дедушки уже внучки тоже учатся искусству. У нас никто ни секунды не сидит просто так: каждый хочет что-то придумать, создать новое произведение. Когда мы работаем – мы, наоборот, отдыхаем. Есть семейная традиция – устраиваем в галерее новогодний праздник и собираем всех родственников.


Большинство идей мы черпаем из окружающей нас природы. Увидишь красивое красное яблоко, натюрморт – и рождается идея. Художники не просто смотрят, они ищут что-то. Увидев маленькую вещь, мелочь, задумываются о глубине, видят какие-то идеи в обычных облаках. Младшая сестрёнка недавно проходила по двору, посмотрела на землю, увидела бревно. И на завтра показала готовую картину, на которую это самое бревно её вдохновило.

Наша бабушка делает «шашаки». «Шашак бау» – декоративные ленты с кисточками, которые привязывались к купольным жердям юрты и свисали под ними.

Она делает их сейчас в современном стиле, но с традиционным казахским «узелком счастья», чтобы они были оберегом для современных домов, машин
Раньше многие казахи занимались ткачеством, это было нормой. Сейчас этим занимается очень мало людей. Поэтому мы не хотим, чтобы искусство исчезло. Например, мы нашли бабушку, которая ткёт «алаша» (распространённый в прошлом вид коврового изделия. – Прим. ред.), обучились у неё и начали сами ткать. Придумали ткать из алаши одёжду, а супруг придумал под неё ещё и обувь. На ткани этой одежды можно различить следы волка. Раньше было так: один охотник содержал весь аул. В память и благодарность такому охотнику мы и разместили такой узор на ткани. Хочется, чтобы передавались такие легенды из поколения в поколение. 

Фотографии предоставлены героиней материала
Материал подготовлен в рамках проекта «Коридоры наследия Шелкового пути в Афганистане, Центральной Азии и Иране – международные аспекты Европейского года культурного наследия», реализуемого ЮНЕСКО при финансовой поддержке Европейского Союза
M

Читать также: