История из жизни:
моих детей родила суррогатная мать
ЖИЗНЬ
О суррогатном материнстве в Казахстане знают мало, поэтому вокруг этой темы много мифов и стереотипов. К нам в редакцию попала история женщины о том, как благодаря вспомогательным репродуктивным технологиям и суррогатному материнству она смогла стать мамой второй раз после того, как во время первых родов ей удалили матку.
В первый раз мамой я стала в 22 года. Роды были сложными. Я родила дочь и сразу же попала в реанимацию с сильным кровотечением. Врачи долго не могли его остановить и в итоге приняли решение – сделать гистерэктомию. Мне удалили матку.

Я не знаю, почему всё так произошло. Беременность протекала хорошо, никаких угроз не было. Сейчас я думаю – за мной тогда просто недоглядели: плод был большой, и, по сути, меня должны были направить на кесарево. Вместо этого у меня были долгие мучительные схватки. Вообще в начале 2000-х за многими так недосматривали: среди моих знакомых есть женщины, которым тоже во время родов удалили органы – некоторым не только матку, но и яичники, то есть совсем не оставив возможности стать ещё раз мамой.

Мы пролежали с дочерью в роддоме почти месяц, швы в таких случаях долго заживают. При этом врачи скрыли от меня правду – только ближе к выписке я узнала, какую именно операцию мне сделали. Я тогда не очень вникала, что произошло, была какая-то пустота, но меня очень успокаивало, что у меня есть дочь – здоровый ребёнок.
Шли годы, я очень хотела ещё детей и хотела верить, что они у меня ещё будут.

О том, что такое ЭКО, я узнала, увидев по телевизору то ли передачу, то ли рекламу одной из клиник в Алматы. Я как будто увидела свет надежды. Мысль о возможности ЭКО не покидала меня следующие несколько лет: я каждый день думала об этом, как только видела маленьких детей, думала почти каждую ночь перед сном. Внутри почему-то было точное знание, что всё так и будет, но вместе с тем казалось, что такое возможно только в кино или зарубежном сериале. Родные смотрели на меня так, будто я с Луны упала: никто не верил, что такое возможно.

Я стала искать информацию, узнала, что в Алматы есть три центра, которые специализируются на ЭКО, и обратилась в один из них. Первая консультация у репродуктолога проходила по телефону. Мы рассматривали варианты и решили, что оптимальным будет суррогатное материнство – именно оно давало возможность стать биологическими родителями.
При этом врачи скрыли от меня правду – только ближе к выписке я узнала, какую именно операцию мне сделали
Для справки:
Экстракорпоральное оплодотворение (ЭКО) – репродуктивная технология, при которой яйцеклетку извлекают из организма женщины и искусственно оплодотворяют. Полученный эмбрион содержат в условиях инкубатора и обычно через несколько дней его переносят в полость матки для дальнейшего развития.

Суррогатное материнство – репродуктивная технология, при которой в зачатии и рождении ребёнка участвуют три человека: суррогатная мать вынашивает плод, выросший из клеток генетических родителей.
Центр предлагал свой каталог суррогатных матерей, но мне хотелось, чтобы это был знакомый мне человек. Вообще я очень хотела, чтобы суррогатной матерью стала моя родная сестрёнка, но она сама была к этому не готова. Сейчас же я очень рада, что суррогатной матерью она не стала – между суррогатной матерью и ребёнком возникает особая эмоциональная связь, и ей было бы психологически невероятно сложно видеть детей каждый раз рядом.

Суррогатной матерью для нас стала замужняя молодая женщина, с которой мы состояли в отдалённой родственной связи. Выбор был, можно сказать, интуитивным: я внутренне была в ней очень уверена, и она меня не подвела. Сейчас мы продолжаем поддерживать связь, общаемся, иногда видимся на мероприятиях.

Мы сразу заключили договор. Удивительно, что, с одной стороны, в наших законах суррогатное материнство прописано чётко, а с другой стороны – для нотариусов эта ситуация была в новинку, было много вопросов. Что касается выплаты медицинскому центру и суррогатной матери, в 2010 году она составила около 10 000 долларов, не включая дополнительных медицинских расходов и содержания суррогатной матери в период подготовки и беременности.
Подготовка заняла примерно два месяца. В первую очередь это полное обследование: мы сдавали анализы, супруг проходил спермограмму. Суррогатная мать также сдавала анализ на гормоны, чтобы определить – нет ли каких-то заболеваний, которые могут воспрепятствовать беременности.

Далее я начала проходить курс гормональных инъекций, чтобы помочь созреть большему числу яйцеклеток. На тот момент мне было 33 года – в этом возрасте эта процедура ещё может дать хороший эффект, после 35 лет вероятность значительно снижается. Стимуляция гормонами продолжалась примерно десять дней, за которые несколько раз проводили УЗИ, чтобы оценить рост и при необходимости корректировать дозу препарата.

Яйцеклетки у меня брали под наркозом, в этот же день у супруга взяли сперму и сделали оплодотворение. Когда мы с суррогатной матерью пошли на подсадку, нам сказали, что у нас семь оплодотворившихся яйцеклеток – семь эмбрионов, из них два – самые жизнеспособные. В тот момент у меня и проскользнула мысль, что у нас с мужем будет двойня – мальчик и девочка. Так и получилось – чудеса случаются.
Это безумное везение, что у нас получилось всё с первой попытки
Через две недели после подсадки суррогатная мать сделала тест на беременность, а именно – анализ крови, поскольку он считается более надёжным, чем тест мочи. Думаю, уже понятно, что тест оказался положительным! Сколько радости, сколько счастья у нас было! Это безумное везение, что у нас получилось всё с первой попытки.

Всю беременность я чувствовала себя очень спокойно. Самое главное, думаю – это не переживать и не думать в негативном ключе. Люди иной раз не верят в своё подсознание, силу мысли, а на самом деле всё зависит от нашего настроя, это касается даже ежедневных рутинных вещей.

Мы до последнего держали всё в тайне. Во-первых, потому что мы были первопроходцами: это было девять лет назад и, соответственно, тогда к суррогатному материнству прибегало ещё меньшее количество людей, чем сейчас. Во-вторых, в нашей культуре принято осуждать всё и всех. Конечно, во многом это связано с недостатком знаний и информации. Когда дети уже родились и постепенно родственники узнали о том, как они достались нам с мужем, на суррогатную мать и её супруга вылился шквал осуждения за то, что они отдали якобы своих детей.

Роды прошли отлично. Проводили кесарево сечение – при суррогатном материнстве советуют выбирать именно этот способ, поскольку есть опасения, что при «природном» проснётся материнский инстинкт. Этот момент сразу оговаривается при заключении договора.
Суррогатная мать не видела детей сразу как они родились и ещё первые полгода. Это было моё желание
Суррогатная мать не видела детей сразу как они родились и ещё первые полгода. Это было моё желание, но мы не прописывали этот момент в договоре. Тема очень щепетильная, и ситуации бывают разные: может быть, иногда нужно прописывать всё до каждой буквы. А так, я всё же придерживаюсь того, что с суррогатной матерью должны быть доверительные отношения, ведь ты доверяешь этой женщине вынашивать своего ребёнка.

Я ждала окончания родов в коридоре перед реанимацией. Помню – было ощущение вселенской радости. Стою, опьянённая этим чувством, и мне говорят: «У вас два мальчика, поздравляю!» И единственное, что я могла сказать в ответ: «Как?! А где девочка?» Оказалось, что ошиблись. Во всё это, конечно, я не верила. Я держала малышей на руках, и это казалось нереальным.

Был сложный момент, когда мы с детьми выписывались из роддома и суррогатная мать оставалась там, потому что она ещё не оправилась. У меня на руках были мои самые желанные, долгожданные дети, но мне самой было жалко её. Ей было очень тяжело, она много плакала, я думаю, это тоже можно назвать своего рода послеродовой депрессией. По моему мнению, лучше, когда женщины, которые участвуют в программе суррогатного материнства, имеют некую эмоциональную отстранённость. Во время беременности организм женщины перестраивается: её гормоны активно говорят о том, что она становится матерью, и если примешать сюда ещё и эмоции, то может быть очень трудно.
Перед самым уходом я зашла к ней в палату и сказала: «Тебя дома ждут дети, у тебя есть две дочки. Ты хочешь сына – ты его родишь, но надо вернуться домой здоровой. Не нужно этих слёз, этим ты делаешь больно и мне. У меня теперь есть маленькие дети, те дети, которых ты выносила, и я очень тебе благодарна». После этих родов у неё родилась ещё третья дочь.

У моих детей всё хорошо, в сентябре пойдут во второй класс. Когда меня спрашивают, расскажем ли мы им о том, как они появились на свет, я отвечаю, что не знаю. Мы обо всём разговариваем по мере появления вопросов. Я не думаю, что нужно скрывать правду, просто всё будет зависеть от ситуации и их уровня осознанности.
Фотографии Unsplash
M
Материалы по теме:

































Показать ещё